Я не сомневалась, что матушка одобрит мое решение. Она и сама, будучи весьма привлекательной женщиной, так и не вышла замуж после смерти моего отца.
Но Рикарда была права в одном — барон был не из тех, кто забывает обиды."
"Я тряхнула головой, прогоняя невеселые мысли. До ярмарки оставалось чуть больше двух недель. Мне стоит принять какое-то решение. Я уже больше месяца изучала объявления в еженедельном «Вестнике Керландии» и всё больше склонялась к тому, чтобы наняться в услужение в качестве учительницы музыки в один из столичных пансионов для девочек.
Правда, меня пугали большие города, а тем более, столица, но куда больше меня пугал барон Дюко. К тому же, нам нужны были деньги на лечение мамы, а заработать их здесь у меня возможности не было.
— Ужин на столе, мадемуазель Луиза, — вздохнув, сказала Рикарда. — Только не обессудьте, мясо нам теперь не по карману.
Я улыбнулась. Она отменно готовила, и даже простые тушеные овощи в ее исполнении становились шедевром.
— А матушка уже поела?
Служанка кивнула.
Мама болела уже несколько месяцев — при этом внешне она не выглядела больной. Вот только была безучастной ко всему, словно забыла, как это — радоваться, грустить, удивляться. Она ходила по дому, ела, когда ей приносили еду, но не произносила ни слова и никого не узнавала.
— И на вашем месте я постеснялась бы выходить из своей спальни в этом смешном чепце, — продолжала ворчать Рикарда. — Я понимаю, что он вам дорог, но послушайте меня — он способен отпугнуть даже самого преданного из ваших кавалеров.
Я подошла к зеркалу и улыбнулась своему отражению. Чепец из голубого, в мелкий цветочек ситца сшила матушка пару лет назад, и хотя прежде я тоже находила его слишком легкомысленным для взрослой девушки, теперь, когда матушка была больна, я будто черпала в нём какую-то силу.
— К сожалению, Арди, на барона Дюко он не подействовал, — возразила я.
Я называла ее Арди с самого детства — тогда я еще не могла выговорить ее полное имя, а потом уже так привыкла к сокращенному варианту, что продолжала использовать именно его.
Мы не успели дойти до столовой, когда колокольчик на дверях снова звякнул, извещая о приходе нового гостя.
Глава 2
Рикарда подошла к дверям с таким грозным видом, что я была уверена — она спустит с крыльца того, кто осмелился нанести нам визит в столь неподходящее для визитов время. Однако этого не случилось. Более того — она позволила гостю войти, отступив в сторону и даже чуть наклонив голову.
