Мое предложение убраться из дома и найти себе более удобное место ночлега он даже не рассматривал. Я категорически отказалась уступать ему свою комнату, на что он заявил, что этого и не потребуется. «Я же с тобой разделил свою, теперь твой черед», – заявил он. Видя, что я просто онемела от такой наглости, он как ни в чем не бывало пояснил, что моей чести ничего не угрожает, а кровать у меня большая и места хватит двоим. Уставшая после приема я даже не нашла в себе сил спорить, прекрасно понимая, что только зря потрачу силы и победа будет за ним.
Махнув рукой, я достала пижаму и пошла в ванную. В общем, улегшись по разные стороны, мы провалились в сон. Только это не объясняло того факта, почему мы проснулись вместе и его рука по-хозяйски покоится на мне.
И тут я осознала, что не дрожу. Черт побери, а вот это уже проблема. Воран мог хоть до посинения раскаиваться, что причинил мне вред, но меня такое положение устраивало. Я дрожала лишь при его прикосновениях, а это, как ничто иное, ограждало меня от его поползновений.
Он мог сколько угодно надеяться на помощь маститого психолога, но для себя я решила, что вот фигушки буду лечиться. Физическую реакцию тела никто не отменял, а для меня дрожь была предпочтительнее желания. Черт, если мое подсознательное неприятие его прикосновений прошло, то я не успею оглянуться, как окажусь беременная и на Зеймахе. Про себя я тут же начала ругать себя, что опять не побеспокоилась о предохранении. Ну кто мешал мне все это время начать пить таблетки, так нет же, мне это даже в голову не пришло!
Опустив глаза на наглую руку, я мысленно цветисто выругалась – она покоилась не на, а под пижамой! Этот наглец за моей спиной беспокойно заворочался и крепче сжал ладонь, притягивая меня к себе.
«Нет, я ему точно мягкую игрушку подарю, пусть ночами обнимает, дитя великовозрастное», – ядовито подумала я. Понимая, что надо успокоиться, я попыталась замереть, чтобы его не будить. Ситуация была пикантная дальше некуда. Сейчас главное – выдержать несколько минут и попытаться тихонько ускользнуть.
Почувствовав, что он расслабился, я осторожно начала отодвигаться и извлекла его бледную руку из-под пижамы. «Загар бы тебе не повредил», – подумала я, заметив контраст между цветом нашей кожи. Привстав, я ловко подсунула под нее свою подушку и слетела с кровати. На открывшуюся картину было любо-дорого посмотреть: великий и неотразимый принц Воран с нежностью прижимал к себе подушку, зарывшись в нее лицом, и был похож на маленького мальчика.
