«Где он его нашел?» – пронеслось у меня в голове. Хотя Эрин любит пересматривать наши фотографии, возможно, это она оставила его в гостиной, а я просто не обратила внимания на него.
– Ты везде такая счастливая, – произнес задумчиво он, заметив меня. – У тебя здесь волосы лишь до плеч, – указал он на фотографию, где я была с распущенными волосами и стояла вместе с родителями.
– Дэвиду нравились длинные волосы, и я со временем их отрастила, – объяснила я.
Воран бросил взгляд на мои короткие волосы, и уголки его губ дрогнули.
Я посмотрела на своих родителей, и на душе стало теплее.
– Это твои родители? – спросил он, внимательно рассматривая снимок, и я кивнула. Мне нравилась эта фотография – мы были такие веселые. Мэри с Гарри стояли обнявшись, и мы над чем-то смеялись.
– Я хочу у тебя кое-что уточнить, – сказала я, чем привлекла его внимание. – Если ты женишься на мне здесь, я и на Зеймахе буду считаться твоей супругой? Мне важно, буду ли я воспитывать Эрин, – пояснила я свой интерес.
– Эрин – твоя дочь, и право ее воспитывать у тебя никто не отнимет, – успокоил меня он, и я выдохнула, не чувствуя, что задерживала дыхание в ожидании ответа.
– Но ты так и не ответил, – вдруг поняла я.
Он молчал, и я начала подозревать, какой ответ услышу.
– На Зеймахе ты будешь моей шелани, – наконец признал он.
Ох, это меня все же задело. Не скажу, что я хотела за него замуж, видит Бог – нет, но уж если я должна была бы выйти за него, то ожидала все же стать супругой.
– Как это удобно, – уязвленно прокомментировала я, – стать моим мужем здесь и остаться свободным на Зеймахе.
– Я уж никак не свободен – мы связаны навсегда, – возразил он.
– Конечно, пока тебе не выберут новую жену или не вернут Айрин, и тогда я стану самым большим посмешищем на Земле, являясь женой здесь и любовницей там, – горько сказала я.
– Что ты хочешь от меня? – воскликнул он.
– Ничего, – ответила я и ушла. На душе было муторно. Представляю, как журналисты раздуют известие о нашей свадьбе сейчас и как будут с жалостью насмехаться надо мной потом, они умеют поднять до небес, а потом с легкостью втоптать в грязь.
* * *Днем доставили багаж Ворана и приехал Робин. Я сдержанно с ним поздоровалась, в душе еще не простив ему Зеймах. В это время я как раз занималась готовкой обеда. Оставив их в гостиной, я вернулась на кухню. Нарезая салат, я порезала палец. Зашипев сквозь зубы от боли, я схватила бумажное полотенце и прижала к порезу. Аптечка была в ванной, и я пошла на второй этаж.
