И нужно до завтрака многое успеть!
Рув Дорс был ранней пташкой и обнаружился на своем рабочем месте. При виде меня вопросительно поднял брови, но выслушал мой отчет внимательно. Сказал, что сейчас придет, вернет на склад все, что осталось после ремонта, и удалит обломки, но сначала переправит к нам то, что требуется для реставрации пола.
— А мальчики справятся? — нахмурилась я. — Нет, я в них, конечно, верю, но… Все же паркет…
— Он цел, я видел. Нужно только сначала покрыть его одним раствором, потом другим, а после них — лаком.
Но сегодня вам придется где-то погулять, рувита. Лак должен хорошо просохнуть, хотя бы часа три его беспокоить нельзя.
— А когда нам дадут мебель, постели, шторы и все остальное?
— Если ваши мальчики управятся с полом, то к вечеру вы уже получите мебель и прочее.
Ух! Хочу мебель! Кроватку! Диванчик! Кресло! Стол нормальный! Пора бежать и будить парней."
"— Марко-о, — присев на корточки у спящего Блондина, позвала я. — Марко-о…
— Ну что тебе от меня надо? — простонал он и спрятал голову под куртку за неимением подушки.
— Пора паркет чинить. Нам сейчас переправят всякие жуткие растворы и лак. А пока он будет сохнуть, мы сходим в город. Ты же помнишь, что тебе надо продать наемнику обратно его боевого трусливого коня? Вставай, а? Нам в город нужно. Мне папеньке письмо написать необходимо, что я живая. И вещи попросить. И купить всякие мелочи. Ну вставай… И мальчиков нужно позвать…
Я аккуратненько потыкала парня в бок одним пальчиком.
— Рыжая, как же ты меня…
— Бесишь.
Я знаю. Но ты все равно вставай. Чем быстрее всё сделаешь, тем легче будет привыкать ко мне.
Марко даже вынырнул из-под куртки, открыл глаза и уставился на меня:
— А какая взаимосвязь?
— Ты сможешь запираться от меня в своей спальне и привыкать медленно, без моего постоянного присутствия рядом, — улыбнулась я.
— Вот только ради того, чтобы запереться от тебя… — С тяжким вздохом он сел, потер лицо руками и встал на ноги. — Я схожу за парнями. Они тоже еще спят наверняка, у них же под боком нет такой рыжей занозы.
— А гребень мне одолжишь? — протянула я раскрытую ладошку. — Я пока умоюсь и причешусь.
Гребень мне вручили с таким видом, словно желали, чтобы я перерезала им себе горло и избавила кое-кого от своего общества. Пф…
Пошла я приводить себя в порядок. Хоть помыться нормально и переодеться наконец-то в чистые вещи. А то я не на приличную аристократку уже похожа, а на деревенское пугало. С такой-то жизнью неудивительно, впрочем.
