Да какое там намекал? Этот глубинный орган прямо заявлял, что он дико хочет есть!
А потому я голодным взглядом шарила по округе, надеясь найти куст малины или орешник. Хотя нет, орешник не спасет, рано еще. Еще грибочков бы неплохо, их можно будет поджарить. С маслицем, с картошечкой. Умням! Вот же хрын! Ни масла, ни картошки, ни сковороды у меня нет. И сильно сомневаюсь, что они есть у моего немногословного спутника.
Вот предаваясь таким гастрономическим мыслям, я и шагала. А когда увидела торчащую из травы толстую пернатую гузку, то возликовала.
Понятия не имею, что за птица, но она что-то там делает, низко наклонив голову, не видя, не слыша нас. Наверное, обедает червячками. Ну а я пообедаю ею.
Приотстав, я поискала взглядом, чем бы подбить ее. О, а вот и камушек. Годится. Не делая резких движений, подняла свое метательное оружие, примерилась и…
Бамц! Точно в пернатый бок прилетел мой снаряд. Я же, не теряя времени, бросилась вперед, в три прыжка преодолела разделявшее нас с моим предстоящим ужином расстояние и набросила на ошеломленную птицу свое платье.
Теперь точно не сбежит.
Я, оказывается, такая меткая! Уау! И хищная, и жутко опасная! Да-да.
Не тратя времени ни на восторг от самой себя, ни на то, чтобы посмотреть, как далеко ушел Марко, я запустила руки под пышные юбки своего боевого платья, цапнула птичку за шею и свернула ее, как положено делать на птичьей охоте.
Охотницей я была так себе. Мне не нравилось скакать на лошади и гоняться ни за бедными лисами — они тоже рыжие, мне их жалко, ни за зайцами — они маленькие и очень симпатичные, ни за оленями — они трогательные и грациозные.
А волков я сама боялась. Поэтому на такие выезды с папой и его приятелями я ездила нечасто. Так, покрасоваться в амазонке, и всё. Но оказывается, во мне погибает великий талант охотника.
Ну а пока… Снова накинув платье на плечи на манер плаща, я цапнула пернатую тушку (жирненькую, тяжеленькую) и припустила догонять удаляющегося Блондинчика. Впереди маячила его светлая лохматая макушка.
И вот мы снова идем.
Марко все так же прёт напролом, правда, скорость сбавил, я за ним. А чтобы занять руки делом, принялась прямо на ходу ощипывать свой будущий ужин.
Так увлеклась, что даже не заметила, как в какой-то момент Марко остановился, и я врезалась в него.
— Ой!
— Что это? — подняв брови, рассматривал пойманную мною дичь парень.
— Еда.
— И откуда? — озадачился он.
— Камнем подбила, платьем спеленала, шею свернула, — отчиталась я.
