— В таком случае… — Александр выдержал паузу, мысленно прожевал слова, которые хотел произнести. Затем набрался смелости и добавил: — В таком случае и ты ошибся, что доверил эту задачу мне.
— Да ты, должно быть, издеваешься надо мной, — прошептал Ярослав Громов. — Вот так ты мне отплатил. Упрёком! По-твоему, это я ошибся, да? Что ж, может быть. Да, наверное, ты прав, Александр. Мне не стоило тебе доверять. Твой младший брат и то умнее, чем ты, бестолковый болван. Может, мне всё наследство завещать ему? Из тебя вряд ли выйдет хороший глава рода, когда меня не станет.
А я не хочу, чтобы Громовы загнулись из-за твоих ошибок.
Александр уже сто раз пожалел, что осмелился перечить отцу. Но для него эта ситуация была в новинку. Он не знал, как может отреагировать Ярослав Андреевич, поскольку никогда не видел его в таком приступе ярости. Старший Громов всегда был спокойным расчётливым человеком. Но провал Александра довёл его до крайности. Он уже был готов лишить сына наследства.
И Александр не мог этого допустить.
— Давай я всё исправлю.
— Исправишь? — усмехнулся Ярослав Андреевич и прикрыл ладонью глаза. — Да что же ты теперь можешь сделать? Булгаков тебя больше к себе не подпустит. Он даже меня не станет слушать! Ты ведь всё ему разболтал!
— Я найду другой способ. Более надёжный. Дай мне второй шанс, отец, — Александр не хотел идти на столь отчаянные меры, но всё же преклонил колено перед главой рода. Покорно опустил голову. Ожидал прощения. — Прошу тебя. Ещё один шанс — и Булгаков признается.
Если ничего не выйдет — я добровольно покину род.
Повисло тяжёлое молчание. Но решимость Александра всё же подкупила Ярослава Громова.
— Тебя никто за язык не тянул, Саш, — вздохнул он. — Поступим именно так, как ты сказал. Действуй. У тебя один месяц. Поставишь семью под удар ещё раз — и сразу же покинешь императорский двор.
* * *Наконец, наступило утро вторника. Тот самый день, когда наш дневной стационар должен начать работу. Первым на дежурство заступил Евгений Кириллович, а я взялся принимать сразу два потока пациентов.
И своих, и больных своего бывшего наставника. Через несколько часов мы сменимся, и тогда бразды правления дневным стационаром возьму я.
Так будет лучше. Гаврилов оформит поступление больных, а я уже займусь их лечением. Недовольными от нас пациенты точно не уйдут.
Однако в середине приёма случился форс-мажор. Да такой, что сходу и решение не придумать. А придумывать придётся.
