Не хочу никаких разговоров — Олеся это по моему виду понимает. Всю дорогу обнимает меня за плечи, не отпускает.
Никогда в жизни не чувствовала себя так...
Будто меня как букашку раздавили.
Олеся расплачивается с таксистом. Мы молча поднимаемся в квартиру и я сразу же снимаю с себя пальто, иду в ванную. И опять нет слез, хоть и в доме Виктора я хотела разреветься.
Под струями воды провожу, наверное, больше часа. До тех пор, пока не слышу в дверь нетерпеливый стук.
— Расскажешь? — тихо спрашивает Олеся, когда я ложусь на кровать.
— Завтра. Можно?
— Конечно, — гладит она меня по влажным волосам. — Ты же не забыла о моем дяде, о котором я тебе говорила? — уточняет она. — Я сегодня позвонила ему... Если нужна будет помощь, Маш... Ты мне маякни, хорошо?
— Завтра, — повторяю я, прикрыв глаза. И сразу же вырубаюсь.
Глава 49
Смотрю на свое отражение в зеркале и усмехаюсь. Косметика ничем мне не помогла. Да, темные круги под глазами исчезли. Яркая помада превратила меня в человека, пусть и сломленного, но все же я сейчас не выгляжу как мертвец.
Вымученно улыбнувшись самой себе, открываю воду, понимая, что в таком виду я из дома не выйду. Не нужно было терять целый час, чтобы нанести макияж. Бабушка по моим глазам все поймет. Поэтому не вижу смысла притворяться. Вести себя так, будто счастливее меня никого на этом свете нету. Все равно рассказать придется. Ибо без нее я никуда не уеду. Ее тут сожрут. Убьют. Ведь уже пытались...
— Ты чего? — спрашивает ошарашенная Олеся. — Боже, Маш.
— Так чувствую себя лучше, — честно признаюсь. — И не смотри на меня так. Не жалься надо мной. Я сама во всем виновата.
Виновата, конечно же, только я. Не нужно ни на кого вешать то, чего я добилась собственноручно. Головой надо было думать, прежде чем прыгать на шею мужчины с поцелуем, которого в жизни не видела и понятия не имела, кто он такой. Ведь я должна была знать, что ни к чему хорошему мой поступок не приведет.
Пытаясь причинить боль бывшему, отомстить ему, я сделала себе хуже.
Вон, на сердце глубокий шрам образовался. Едва я вспоминаю Амирова, туда будто соль сыпят. Пережить сложно, тяжело, но мне надо... Мне необходимо забыть его, перешагнуть эти трудные времена.
— Смотри сама, — отзывается подруга глухо.
Забрав мой чемодан и спортивную сумку, выходим из квартиры. Машина, которой Олеся не пользовалась около трёх месяцев, предпочитая кататься на такси, припаркована напротив подъезда. Разместив все в багажник, я сажусь рядом с подругой.
