– Ты – шестерка. Полный ноль. Меня интересуют твои коллеги, их имена и адреса. Все, что тебе о них известно. И самое главное – кто стоит во главе «Красной сколопендры». Кто управляет всеми вами?
– Отправляйся к дьяволу! – проскулил Очкарик.
Девушка наклонилась к самому его уху и прошептала:
– Я там уже была…
Еще немного, и глаза Очкарика вылезли бы из орбит от страха. Он боялся ее до судорог, но еще больше боялся своих работодателей.
– Я ничего тебе не скажу! – крикнул он.
– А говорить и не нужно. – Она обхватила его голову руками.
– Я сама все увижу…
Очкарик завопил от страха…
Алекса покинула чужой разум и резко оттолкнула Очкарика от себя. Он обессиленно повалился на пол и так и остался лежать без движения. Алекса обернулась к присутствующим. Ее глаза вновь приобрели обычный вид.
– Это была женщина, – потрясенно выдохнула она. – И она… такая же, как мы. Она прочитала всю информацию в мозгу этого кретина.
– Что? – недоверчиво спросила Шахиня. – Но откуда она взялась?
– Она похожа на дочь Павла Бероева, – задумчиво произнесла Алекса.
– Конечно, я не уверена, но сходство поразительное.
– Дочь Бероева! – воскликнул Марат. – Ко мне в «Додзе» сегодня приходил какой-то легавый и интересовался ею!
– Вот как? – протянула Алекса. – Не нравится мне это. Если уже и легавые заинтересовались… Шахиня, Одноглазый, отправляйтесь к особняку Бероевых и подключитесь к местной вышке связи. Я хочу знать все о его обитателях. Если это действительно девчонка Бероева, я их особняк с землей сровняю.
– Так, может, сразу взорвать все к чертовой матери? – оживился Амбал. – Чего зря время терять?
– Ну мы же интеллигентные люди, – усмехнулась Алекса. – Сначала нужно все выяснить.
– А с этим предателем что делать? – спросил Одноглазый, кивнув на лежащего у его ног Очкарика.
Алекса повернулась к нему, обмахиваясь веером.
– Он сдал ей всех, кроме Матриарха, поскольку никогда не видел ее лица. Но он не виноват, он просто оказался не в том месте не в то время…
Амбал и Одноглазый медленно отошли от Очкарика, а тот поднялся на ноги и расправил плечи.
– Да, я ни в чем не виноват, – подтвердил он, глядя на Алексу, но все еще слегка покачиваясь. – Это все она, эта девчонка.
– Однако двое наших уже погибли, – вкрадчиво проговорила Алекса, приближаясь к нему. – Ты же не думаешь, что твой поступок останется безнаказанным?"
"– Но я… – начал Очкарик.
Алекса резко тряхнула веером, и из его боковых пластин с щелчком выскочили острые металлические лезвия.
