– Не каждый, – согласился Артем. – Но ничего сверхъестественного здесь нет. С метаморфами и оборотнями точно никак не связано…
– А если все же связано?
– Да ты просто отдыхать не умеешь. Что за манера вечно искать неприятности на свою голову? Расслабься уже, подумай о чем-то приятном. О Насте, к примеру!
Никита хотел ему ответить, но внезапно увидел нечто, что привлекло его внимание.
Глава 20
Звериная сущность
У самой кромки воды в жидкой грязи что-то белело. Легостаев нагнулся и вытащил из лужи новенькую белую кроссовку.
Похоже, мужскую – сорок первого размера, на левую ногу.
– Это еще тут откуда? – удивился Артем.
– До лагеря рукой подать. Может, кто-то из наших ребят обронил?
– Как можно потерять кроссовку и не заметить?
– Ну мало ли… А если это те двое? – вспомнил Никита. – Как их? Илья и Семен! Что, если они были здесь? Они в лагерь обутыми вернулись или босиком?
Никита внимательно осмотрелся по сторонам и шумно втянул ноздрями воздух. Среди множества лесных запахов он определенно чувствовал что-то, чего здесь быть не должно было.
Он запросто мог пройти мимо и ничего не почувствовать, но стоило остановиться и принюхаться…
– Что-то почуял? – напрягся Артем. – Мне уже пора падать в обморок?
– Что-то есть, но пока не пойму, что именно, – тихо проговорил Легостаев. – Мне нужно перекинуться… В зверином обличье у меня гораздо острее обоняние.
– Что, прямо сейчас?!
– А когда? – Никита начал раздеваться. – Вообще чудо, что запах еще не выветрился.
Артем ошалело вытаращил глаза, затем торопливо отвернулся, когда Легостаев скинул плавки.
– Ты бы хоть предупреждал заранее, что будешь раздеваться. Моя детская психика и так уже травмирована дальше некуда, и все из-за тебя! – запричитал Бирюков.
– Только не надо больше меня фотографировать, – попросил его Никита. – Клепцова мне те голые фотографии в твоем телефоне до сих пор припоминает. Подержи лучше мои вещи, пока я не… – Голос Легостаева вдруг сорвался на утробный рык.
За спиной Артема послышался хруст костей, треск сухожилий и глухой стон перерождающегося оборотня.
Когда Бирюков пару минут спустя обернулся, перед ним на лужайке стояла крупная пантера размером с пони. От Никиты в ней остались только глаза, но вскоре и они пожелтели, став полностью кошачьими.
Артем вздохнул, укоризненно покачал головой и начал собирать брошенные вещи Легостаева. Найденную кроссовку он тоже прихватил.
– В общем, я пошел в лагерь, пока нас вожатые не хватились, – сказал он. – А ты догоняй.
