Клинок сверкнул, словно молния, в следующий миг истошный вопль всколыхнул спящие окрестности. Лезвие рассекло молодого вурдалака надвое, части его тела рухнули в костер и рассыпались ворохом огненных искр. Иван и Толян зашипели, как дикие кошки, и одновременно с двух сторон бросились на Гордея.
Парень проворно увернулся от когтей Толяна и, крутанувшись вокруг своей оси, ударил его ногой в грудь. Вурдалак отлетел назад.
В это время Иван выпустил из кончиков пальцев кривые когти и прыгнул на спину Гордею. Парень, даже не оглянувшись, выставил клинок острием назад, и вурдалак напоролся животом на его лезвие.
Тут Гордей развернулся и резко рванул клинок вверх, разрубая визжащее чудовище на две части. Тотчас же тело монстра превратилось в сноп искр и опало на землю угольно-черной пылью. Через миг на траве остались лежать лишь обожженные обрывки одежды, обломки обуглившихся костей и череп, обнаживший в ухмылке острые клыки.
Поняв, что дело плохо, Толян на четырех конечностях бросился бежать прочь от костра, но Гордей настиг его в три прыжка, схватил за грязный воротник и прижал серебряное лезвие к горлу вурдалака.
Толян в ужасе захрипел, косясь на горелые останки Ивана.
– Что ты хочешь?! – прохрипел вурдалак.
– Правду, – коротко ответил Гордей.
– Какую еще правду?!
– Кто сделал вас такими? Где и как это случилось?"
"– А-кха-кха-кха, – насмешливо проскрежетал вурдалак. – Так вот чего ты хочешь! Стать таким же, как мы. А к чему тогда мечом машешь?
Волосы Толяна выпадали на глазах, оголяя череп.
Уши начали заостряться и вытягиваться вверх – еще один признак того, что перерождение шло полным ходом. Превращаясь в монстров, вурдалаки оставались такими навечно и, в отличие от тех же оборотней или горгонидов, уже не могли возвращать себе человеческий облик.
– Таким, как вы? Ходячим трупом, жаждущим чужой крови? Вот уж нет! – ответил Гордей. – Я хочу искоренить заразу, пока она не распространилась далеко за пределы Ягужино. Отвечай! – Он сильнее прижал лезвие меча к шее монстра.
Послышалось тихое шипение.
От прикосновения серебряного меча кожа на глазах покрывалась черными волдырями.
– Если скажу, отпустишь? – сдавленно спросил Толян.
Гордей промолчал. Этот вурдалак оказался еще тупее, чем он предполагал.
– Это была женщина, – не дождавшись ответа, раскололся Толян. – Мы встретили ее ночью в лесу, на берегу озера. Убивать почему-то не стала… Сначала она Ивана обратила. А уж он потом меня и сынка своего…
– Как она выглядела? – хмуро спросил Гордей.
