Такого человека не посадишь за стол слушать сослагательные наклонения: «Смотри, что получилось бы, если бы тебе сказали правду. Давай пройдем от начала до конца, начнем с нашей беседы в «Луганске». Я получил задание, ты получил задание. Представь, что ты его выполнил и доложил. Только учти один момент: тебе объяснили, что в плену находится совершенно незнакомый тебе человек. Еще учти скорость, с которой ты работал, и сопоставь его с другим темпом – если допустить, что ты согласился провести операцию по освобождению пленника.
Добавь – или отними, не суть важно, – отдачу, или самоотдачу, – твою и твоих товарищей. Ну? Сутки – а ты потерял бы больше, – это цена жизни летчика. И последнее, Сергей. Представь себя по истечении этого срока. Ты стягиваешь с себя униформу и говоришь: «Поздно». Когда-то ты ответил мне: «В моей профессии добрая репутация все может испортить». Можно спорить, можно – нет. Но в твоем досье я не нашел ни одного такого случая, когда бы ты отвечал так коротко: «Поздно». А теперь можешь вешать собак на меня, себя, на ГРУ, государство.
Можешь апеллировать, мол, кто-то другой мог сказать: «Поздно». Но ты, мне кажется, не отказался бы от задания».
Потом добавить: «Не забывай и про нас. Думаешь, нам легко было?» А лучше промолчать, иначе Марк скажет, чуть перефразировав Мюллера: «Начальству можно фантазировать, у него нет конкретной работы».
Пройдет какое-то время, и Марк на вопрос своего очередного оператора повторит слова, сказанные им же в центре «Луганск», изменив лишь фамилию: «Полковник Мещеряков?.
. Он и в этот раз собирается выступить моим куратором?.. Тогда плохо мое дело».
Странный человек. А еще страннее действия, когда под работника подбирают начальника. Очень ценный кадр?
Странный человек; удивительные действия; чудаковатые начальники.
2
Чечня, Грозный
Едва Марк увидел перед собой незнакомого парня, в его подсознании всплыли события, пришедшиеся на канун миллениума. Выполняя задание в Азербайджане, он не мог предположить, что ему суждено было спасти больше двух десятков заложников, содержащихся на базе диверсионной школы чеченского полевого командира Давлатова.
Он потерял своих лучших бойцов, но – вернул счастье в двадцать три семьи."
"Противоречивые чувства, которые по сей день бередят душу. Сейчас, когда до встречи с боевым товарищем оставались считанные мгновения, – особенно.
– Где Пантера? – Марк склонился над пленником, но глаза повторно скользнули по углам полутемной камеры. И – вздрогнул, услышав ответ.
