– То есть вы что-то задумали, и мне это не понравится, – складываю я руки на груди. – Идите-ка вы, Виктор Андреевич, на работу или куда там. Мне пора в поликлинику, а вам в ваши грезы.
– Варвара, отказ не принимается. Я же тебе исповедался. Да и Тимку не стоит разочаровывать. Подумай как следует и соглашайся. Я вечером позвоню.
От Воронцовской непробиваемости закатываю глаза, но если я думаю, что на этом он наконец оставит меня в покое и уйдет, то я жестоко ошибаюсь."
"Виктор уверенно обхватывает ладонями мое лицо и, не позволяя отстраниться, целует.
Сначала агрессивно, подавляя мой протест, а сломив его нежно, будто обещая что-то. И улегшаяся было волна смятения снова накрывает меня с головой. Особенно, когда я чувствую вжимающийся мне в живот недвусмысленно окрепший интерес.
– Мам, лямки! – ябедничает деть с порога кухни.
И я отпихиваю Воронцова, который хоть и поддается, но смотрит на меня чересчур многообещающе.
– Тебя никто не обидит, – говорит он напоследок, натягивая куртку.
Никто, кроме тебя.
Так я думаю, закрывая за Виктором дверь.
Не пойду я ни на какой прием. Я это твердо решаю, пока возвращаю на место непослушные бретели Тимкиного комбинезона, и потом спохватываюсь проверить, что он надел под него. Оказывается, ничего. Ни колготок, ни носок. Зато в кармане динозавр.
Запаковывая ребенка поновой, я мучительно размышляю, что же за план был у Воронцова, для которого я должна появиться у него на вечеринке. Женское любопытство все-таки неистребимо.
Но то ли я так плохо знаю Виктора, то ли он меня окончательно испортил, мне в голову не приходит ничего кроме секса…
Вот он обломился бы.
У меня с сегодняшнего дня должны быть женские.
Кстати, странно, что до сих пор организм не дает о себе знать. Это все нервы, ну и переход в категорию женщин, наверно.
Не может же быть, чтобы это было… что я… Да нет. Просто нервы. Все случилось меньше недели назад. А у сестры, помнится, задержка вообще началась на втором месяце.
Но из-за этих мыслей на душе становится неспокойно.
И я обещаю себе, что обязательно сдам кровь. Это ведь намного надежнее, чем обычные аптечные тесты. Именно из-за их ложных показаний Маша в свое время проморгала беременность.
Впрочем, это так. На всякий случай.
Виктор в меня не кончал, а потом использовал презерватив.
Все обойдется.
А чтобы дальше обходилось, нужно не допускать даже ситуацию, при которой у Воронцова появится возможность создать рисковое событие.
Так что никаких приемов, никаких поездок к Тиль.
