– Мы можем говорить обо всем, что вам кажется полезным.
– А по-твоему, что полезно?
Проклятье! Опять она ударилась в эту свою манеру отвечать вопросом на вопрос. Может, согласно одному из сертификатов на стене, такова ее особая квалификация?
– Я думаю, что было бы полезно, если бы вы перестали разговаривать со мной, как с мороем. Вы ведете себя так, будто у меня есть выбор – типа, я имею право расстраиваться из-за таких вещей или выбирать дисциплины по своему желанию. Какой в этом толк? Что я буду делать с этими дисциплинами? Стану юристом или морским биологом? Для меня нет никакого смысла иметь отдельное расписание.
За меня уже все решено.
– И тебя это вполне устраивает.
Это тоже могло бы прозвучать как вопрос, но она сказала это, просто констатируя факт.
– Меня устраивает обеспечивать ее безопасность – вот что вы во всем этом упускаете. У каждой работы есть свои минусы. Хочу ли я сидеть на ее уроках математики? Нет. Но должна, потому что другое гораздо важнее. Хотите вы выслушивать раздраженных юнцов, пытающихся свести на нет ваши усилия? Нет.
Но вы делаете это, потому что понимаете важность вашей работы в целом.
– На самом деле, – неожиданно заявила она, – это любимая часть моей работы.
Я не поняла, шутит она или нет, но решила не углубляться в это, в особенности поскольку она воздержалась от очередного вопроса. Я вздохнула.
– Мне просто противно, что все ведут себя так, словно меня принуждают быть стражем.
– Кто «все»?
– Ну, вы и этот парень, которого я встретила при дворе… дампир по имени Эмброуз.
Он… Ну, он – «кровавая шлюха». Парень – «кровавая шлюха», – пояснила я, словно это не было очевидно. Я сделала паузу, дожидаясь ее реакции, но она молчала. – Он так рассуждал, словно жизнь стража – ловушка, в которую меня загнали. Но все совсем не так. Это то, чего я хочу, в чем сильна. Я умею сражаться, умею защищать других. Вы когда-нибудь видели стригоя?
Она покачала головой.
– Ну а я видела. И когда я говорю, что хочу провести свою жизнь, защищая мороев и убивая стригоев, я именно это и имею в виду.
Стригои – абсолютное зло, их необходимо уничтожать. Я с радостью буду делать это, и если в процессе мне придется неотлучно находиться при своей лучшей подруге, так даже лучше.
– Понимаю. Но что случится, если у тебя возникнут другие желания… желания, несовместимые с избранным тобой образом жизни?
Я скрестила на груди руки.
– Ответ тот же, что и прежде.
