– Если честно, я просто очень хотела увидеть господина наместника вживую и забрала у них кувшин. Простите меня.
Она потупила взор. Донун рассмеялся.
– Однако… – проговорил он, пока Ковин глядел на нее, стиснув зубы. – Эта прачка или очень смелая, или очень глупая.
– Глупая, моя господин, – кивнула Элейн, печально вздохнув. – Ведь я знала, что хозяину это не понравится, но все равно сделала. Господин Торэм – первый мормэр, с которым мне довелось говорить, вы – первый наместник. Наверное, я упаду в обморок, когда увижу короля!
– Если ты посмеешь оказаться в поле зрения Его Величества… – угрожающе начал Ковин.
Но Донун похлопал того по плечу.
– Ну-ну, мой дорогой, позволь девушке насладиться моментом. Не каждый день ей приходится оказаться в таком обществе.
Ковин раздраженно выдохнул, затем постучал двумя здоровыми пальцами по бокалу. Элейн понадобилось несколько секунд, чтобы понять: он просил налить ему воды. Сглотнув, она взяла кувшин и подошла ближе.
– А может, ты просто хотела посмотреть на мои шрамы? – спросил вдруг Донун.
Она старалась не отвлекаться, чтобы не пролить ни капли, поэтому лишь протянула вопросительное «Мм?».
– Я знаю, что многие зовут меня Резаным из-за этих отметин на лице, – продолжил он. – Но я горжусь ими. Они – знак того, что я сражался с проклятыми кападонцами.
Рука Элейн дрогнула, вода едва не пролилась на льняную скатерть. Подняв глаза на Торэма, она встретилась с его холодным внимательным взглядом. Ее неосторожность не осталась незамеченной.
Донун же тем временем продолжал:
– И напоминание о том, что, проиграв бой, я выиграл войну… Налей-ка и мне освежиться.
Элейн кивнула и, обойдя стол, встала справа от Донуна.
– Мне казалось, я достиг дна бездны. Но не опустил руки. Слышишь, прачка, никогда не опускай руки! Грязные ублюдки, которые сотворили это с моим лицом, оказались именно там, где им место: в навозной луже. – Он хмыкнул. – Их смех, когда они резали мою плоть, напоминал ржание стада кападонских тяжеловозов, но могли ли они представить, что я стану наместником Мидленда, а Кападония перестанет существовать? Теперь эти кланы часть королевства Англорум, и все они подчиняются королю.
И мне.
– Но только не Муны, верно, Годвин? Они так и не склонили перед тобой головы, – заметил Ковин с легкой насмешкой. – Я заколол их всех раньше, чем они успели сделать это.
Элейн все же пролила воду. Она хотела бы, чтобы ее нервы были крепче, но рука предательски дрогнула, а перед глазами поплыло.
