– «Пейхед» с языка древних – «Расплата», – пояснила Элейн и удовлетворенно кивнула собственным мыслям.
Если не справится с ним раньше, попытается скинуть с этого утеса. Лучшей смерти во имя мести не придумаешь.
Но полагаться только на утесы не стоило – до них было еще несколько километров пути. Спустя некоторое время она поинтересовалась:
– Здесь водятся ядовитые змеи?
– Разумеется. Но не беспокойтесь, они нападают только в случае опасности. Обычно змеи, хоть ядовитые, хоть нет, стараются избегать людей. Так что увидите змею – не пытайтесь ее отогнать, а просто уходите как можно дальше.
Элейн была рада такому уточнению. Теперь она знала, что делать, если поблизости будет гадюка: тыкать в нее палкой.
Но, разумеется, встреча с ядовитым тварями – дело случая, надеяться на такую удачу не стоило. Поэтому вскоре она уточнила:
– На пути будет река? – Мысль о том, чтобы утопить его, все же казалась привлекательной.
– Не река, а так, ручей скорее.
Она чуть помолчала.
– А вы знаете, как приманить медведя?
– Не хотите поспать? – В голосе Оддина послышалась усталость.
– Можете чуть откинуться назад, положить голову мне на грудь.
Элейн напряглась и выпрямила спину. Он хмыкнул, но не стал настаивать.
Пока они ехали, Элейн размышляла о том, что, окажись тут ночью одна, тряслась бы от страха. Вокруг не было ни души. Но то тут, то там мерещились дикие звери и разбойники. И как бы ей ни хотелось отомстить Оддину Торэму, но встреча с опасностью все равно пугала. Еще больше пугала скрытая угроза, неизвестность.
Когда они проезжали холм с заброшенным каменным домом на вершине, ей показалось, что среди развалин что-то мелькнуло. Все внутри напряженно сжалось, живот неприятно скрутило от тревоги. Но Оддин в этот момент громко рассмеялся над собственной шуткой. Так громко, что даже птица, сидевшая на большом камне, испуганно каркнула и взлетела. Его смех развеял страхи, оставив только раздражение от манеры так громко хохотать над собственными каламбурами.
Спустя время они действительно достигли ручья и остановились, чтобы напоить лошадь.
– Знаете, а я вздремну немного, – заявил Оддин, падая на мягкую траву. – Глаза закрываются, а путь нас ждет долгий.
Он подложил под голову свернутый плащ и, уже с закрытыми глазами, пробормотал:
– Можете тоже лечь отдохнуть, если уж в моих объятиях вам не спится…
Он уснул буквально через минуту. Элейн подошла ближе и склонилась послушать мерное дыхание. Ее сердце забилось чаще. Это был удобный момент осуществить задуманное.
