Если Оддин казался несколько беззаботным, ничем не связанным, то Ковин был похож на человека, у которого за душой есть и мрачные тайны, и уязвимые места.
– Откуда ты знаешь Оддина и что тебе от него нужно? – повторил свой вопрос карнаби.
Элейн снова вздохнула, получая несколько мгновений, чтобы справиться с собой и вжиться в новую роль.
– Мы познакомились случайно во время путешествия. В Хапо-Ое, – она решила не выдавать своего кападонского происхождения, – он предложил сопроводить меня до Нортастера.
Но я отказалась. Теперь же поняла, что девушке одной путешествовать небезопасно. Поэтому решила воспользоваться предложением и отправиться в дальнейший путь в его компании.
Ковин слушал ее, сузив глаза, будто пытался прочитать мысли. Это ему, видимо, не удалось, потому что он кивнул и сказал:
– Предположим. Куда ты направляешься?
Вопрос был задан не с любопытством. Это выглядело как требование отчитаться о планах, целях, намерениях, а лучше сразу же покаяться во всех грехах.
– Я еду в Альбу. Насколько знаю, Оддин тоже там живет.
– Зачем тебе в Альбу? – не сдавался Ковин.
И чего он прицепился? Ясно же, что она была случайной знакомой. Настолько случайной, что даже не знала о брате-мормэре.
– Ищу работу. Я прачка. – Элейн не была уверена, что удалось ответить без дерзких интонаций."
"Судя по тому, как сжал губы Ковин, – скорее, нет.
– В Хапо-Ое переизбыток прачек?
Она не выдержала и закатила глаза.
– Господин Торэм, к чему все эти вопросы? Я вам объяснила, откуда знаю вашего брата и почему подошла к вам, приняв за него.
Вы понимаете, насколько незначительна наша связь, если я спутала его с вами? Может быть, вы уже остановите экипаж и позволите мне уйти?
– Уйдешь, когда я решу, – процедил Ковин.
Сердце Элейн забилось быстрее от охватившего неприятного волнения. Все внутри кричало: «Беги!»
– Теперь отвечай: почему покинула Хапо-Ое?
– Надоело там. – Ей пришлось прочистить горло, потому что голос не слушался.
– Все одно и то же. У меня нет ни семьи, ни родни, ничего там не держит. Захотелось посмотреть свет.
Он глядел недоверчиво, поэтому Элейн добавила то, что любой ожидал бы услышать:
– Может, смогу в Альбе найти себе достойного мужа. В Хапо-Ое не свезло.
Несколько мгновений Ковин продолжал испепелять ее взглядом. Затем сказал:
– В Альбу ты не поедешь. Будешь работать прачкой у меня.
Элейн недоверчиво выдохнула. От возмущения ее щеки запылали.
