Ллойд удивленно охнул и уточнил, почему же карнаби не отправился в тюрьму.
– Торэм – солдат. А то, что происходит на войне – остается на войне. Мы теперь подданные Англорума и должны забыть о недавней вражде между кападонцами и карнаби. – Элейн сжала зубы и тихо добавила: – Но я ничего не забыла.
Природа Кападонии была прекрасна в своей суровости. Тяжелые облака нависали над логом, к ночи затягивая все белесым туманом. Вдоль дороги из земли то тут, то там прорывались серые камни, превращающиеся чуть дальше в холмы, скалы, горные хребты.
Трава порой зеленым покрывалом с прорехами устилала все, кроме тех самых камней, а затем вдруг прерывалась рыжими островками или полями цветущего лилового вереска, вспыхивала желтыми пятнами утесника и ракитника, бугрилась кочками с длинной овсяницей и десятком разных видов мха.
Воздух пах то сырой землей, то озерной водой. А потом вдруг невообразимый сладкий медовый аромат наполнял пространство.
Легкое дуновение ветерка – и все исчезало.
Где-то впереди ехал Оддин Торэм, даже не подозревающий о преследовании. Позади оставались десять лет жизни Элейн – или, скорее, ее бессмысленного существования в Лимесе. Существования, полного каждодневного труда. Лишенного любых радостей и привязанностей. Элейн казалось, что тогда, в Думне, она уснула и только теперь очнулась от затянувшегося кошмара.
Ллойд предложил сделать привал. Элейн не чувствовала сильной усталости, но еще важнее было то, что карнаби за это время мог уехать слишком далеко.
– Не стоит беспокоиться, Элейн, в скором времени у нас будет возможность сократить путь. Мы обгоним Торэма и даже сможем отдохнуть, дожидаясь, пока он поравняется с нами.
Эти слова внушили надежду.
– А все-таки зачем вам нужен этот человек? – спросила она, открывая флягу с водой и делая жадный глоток.
Ллойд ответил не сразу.
– Я хочу, чтобы он рассказал всем правду.
– Правду?
– Мне тоже в свое время причинили большой вред. – Ллойд устремил в пространство взгляд, полный боли.
– И я хочу, чтобы этот карнаби рассказал всем об этом.
– Он знает о совершенном злодеянии, но держит в тайне? – покачала головой Элейн. – Неудивительно, что такой человек, как он, покрывает чужое зло.
Немного отдохнув, они продолжили путь, а вскоре действительно свернули с основной дороги на нечто, больше похожее на дикую тропу. Повозка начала сильно трястись, Элейн постоянно приходилось хвататься за бортик, чтобы не выпасть.
