Выражение его лица будто бы говорило: «Ну что ж ты так, приятель?»
Элейн стояла за деревом всего в несколько метрах и видела, как Ковин вплотную подошел к покойнику, склонил голову, что-то пробормотав, и покачал головой. Концерт, подготовленный для горожан, продолжался недолго. Несколько мгновений, и вот, тяжело вздохнув, Ковин сделал шаг назад.
– Будь здесь. Если что, иди на помощь, – бросила Элейн Оддину, даже не оборачиваясь на него, и рванула вперед.
– А вы не знаете о поверье, господин мормэр? – громко спросила она, привлекая внимание и Ковина, и его сопровождающих, и всех, кто оказался неподалеку.
Она прошла ближе – но так, чтобы стража или сам Ковин не могли схватить ее сразу.
Ковин на мгновение прикрыл глаза. Возможно, боролся с желанием запустить в нее камень прямо в присутствии других горожан.
Так как мормэр не торопился уточнять, что она имела в виду, просто глядя на нее из-под опущенных ресниц, человек из очереди уточнил:
– Какое поверье?"
"Элейн едва заметно улыбнулась. Ее и мормэра разделял постамент, она смотрела на Ковина через пьедестал с телом Феолора и молилась, чтобы Магистр Света «подыграл» ей.
– Нужно обязательно прикоснуться к мертвецу на похоронах, чтобы он не являлся во снах.
Ковин прожигал ее взглядом, тяжело дыша. Было очевидно, что он пытался совладать с яростью, но справлялся из рук вон плохо.
Будь они одни, Ковин в два прыжка преодолел бы расстояние между ними, перелетев через постамент с Магистром, повалил бы Элейн на землю и просто избил до смерти.
Однако все – от гвардейцев, что охраняли покойного, до зевак в толпе – внимательно наблюдали за разворачивающейся сценой.
Поэтому губы Ковина скривились в некоем подобии вежливой улыбки, больше напоминающей оскал. Он чуть поклонился и ответил:
– Любезно, что вы сообщили, но я не верю в приметы. Это всё глупости.
Кто-то в толпе ахнул. Женщины начали переговариваться. Мужчины многозначительно глядели друг на друга с явным осуждением. Весь их вид будто говорил: «У мормэра нет ничего святого».
– Это не шутки, господин Торэм, – продолжила Элейн настойчиво, когда тот собрался было развернуться. – Я расскажу вам одно поверье, которое сбылось. Но сначала прикоснитесь к руке Магистра, чтобы он не снился вам каждую ночь.
Продолжать ломаться было глупо, Ковин это понимал. Элейн намеренно сделала вид, будто проявила заботу. Так она дала ему возможность изобразить, что он снисходительно поддался из-за ее глупого женского беспокойства.
