Но…правда, три?
Краснова подошла ближе ко мне и протянув руки, запустила их под рубашку, провела вверх по груди и сняла с плеч. У меня тут оружие, а она в игры играть собралась.
Конечно я был бы полным идиотом, если бы отказался от того, что предлагают быстро и без обязательств. Отличный способ снять напряжение, самый эффективный и верный. А напряжения в паху скопилось столько, что хоть сутками из холодного душа не вылезай.
Женщина в моих руках льнет ко мне как кошка. Голодная, заведенная и уже наверняка готовая ко всему.
По хорошему ее нужно просто впечатать лицом в стену, задрать юбку, снять трусы и отодрать, чтобы отсюда она выползла на четвереньках, а еще лучше больше не помышляла приходить в этот дом в лесу без моего разрешения.
Но… не хочется.
Нина поднимается на цыпочки и целует меня в подбородок, мягкими губами колется о щетину. Кладет ладонь на шею, проводит пальцами выше к затылку, наклоняет голову чуть вперед и добирается до губ. Целует. Как всегда. Все как всегда, но совершенно по-другому.
Я на автомате открываю рот и пихаю язык, наклоняю голову. Но все не то. Ни вкус, ни запах, ни ощущения.
Провожу руками вверх по ее спине, вдоль позвоночника. Нина стонет, льнет, жмется. Но снова… не то.
Она наклоняет голову, перекидывает волосы с одного плеча на другое и открывает мне шею, позволяя оставить на ней метку, потому что на работу скромница Краснова наденет платье или блузку с высоким воротом, а не с декольте, которое не оставляет простора фантазии. Я веду носом по открытому участку коже, но даже ее запах не тот, что нужен.
Блять.
Делаю над собой усилие и с громким выдохом отодвигаю женщину от себя на вытянутые руки. Смотрю в удивленные глаза и точно понимаю, что хочу видеть не эту игривую покорность, а мягкую растерянность и вопрос как у… Лили.
- Нина, тебе лучше уйти.
- Но…
- И лучше не спорить.
Хватаю с вешалки плащ цвета хаки и резиновые калоши. Не самая удобная обувь, но всяко лучше ее туфель.
- Ты заболел, Горин?
- Наоборот, выздоровел.
- И даже не проводишь?
- А ты вдруг забыла дорогу, - ехидно спрашиваю у своей, кажется уже бывшей, любовницы.
- Постарайся не напороться на волков, - кидаю ей вслед и оседаю на табурет, когда за ней с громким хлопком закрывается дверь.
Я должен быть сосредоточен на одной единственной цели - мести Исмаилову. У меня в руках есть все, что нужно, осталось лишь дождаться подходящего момента когда он выйдет на свободу. А он выйдет как только представится такая возможность.
