Зато тотчас понял, кто передо мной, когда она только перешагнула порог моего дома. Не из-за внешности, выглядела Лиля… обычно. Но вот ее запах. Она полностью соответствовала своему имени и пахла цветами. А еще страхом. Липким, мерзким, почти что животным ужасом, который даже сейчас осядет на легких, стоит мне втянуть носом воздух.
- Малой, иди сюда, - сын Тиграна тотчас соскочил со стула и нехотя подошел ко мне, - на, вентилируй пространство.
Я всучил ему полотенце и кивнул в сторону окна. Пускай держится от меня подальше и разгоняет воздух, отсюда я по крайне мере не буду его видеть.
Если с женщиной Тиграна я мог примириться, то вот его сын, его плоть и кровь… само присутствие наследника в доме вызывало во мне оторопь. Ладно, разберемся.
- Что делать мне? - тихо проскулила Лиля, когда я взял веник и принялся подметать осколки.
- Помой посуду. И больше никогда не подходи к моей плите.
- Я умею готовить.
Я промолчал. Умеет она, как же. При таком количестве слуг, которое было у нее в доме, удивлен, что она зад себе подтирать научилась.
Все в жизни Тиграна было дорогим, пафосным и чужим. Потому что когда выстраиваешь свою империю на костях тех, кто был с тобою рядом, то теряешь на нее право. И всегда найдется тот, кто придет и все отнимет.
Надеюсь, это буду я.
- Что здесь? - Я ткнул пальцем в три миски с чем-то переваренным.
Лиля молчала, а вот ее сын ответил:
- Это первая каша.
- Да ну, их было две?
- Я немного переборщила с сахаром. Вышло сдадковато, но вкусно, но решила сварить так, чтобы было всем понравилось, - тихо-тихо произнесла Лиля.
На меня она по-прежнему не смотрела.
Потянувшись к одной из тарелок, я попробовал ее содержимое. Немного сладковато?! Да после такой еды, я неделю в туалет ходить не смогу - так все слипнется.
Кажется я был прав, хозяйка из этой женщины никудышная. Если прибавить к этому средние внешние данные и слишком покладистый характер, я вообще не понимаю, зачем Тигран на ней женился.
Может, конечно, она умеет что-то особенное.
Хрен этих тихонь знает…
- Я пожарю яичницу, - произнес в сторону и увидев, как оживилась Лиля, добавил: - помогать мне не надо.
Через несколько минут я поставил на стол три тарелки с глазуньей. Для меня, этой припадочной и Давида. Парень кинулся к своему месту и как голодный волчок набросился на еду.
- Очень вкусно, - произнес он с набитыми щеками.
- Еще бы. После первой каши…
- Я правда умею готовить, - Лиля все так же таращилась в пол.
