Я хотела сказать, что там был просто курьер, который ошибся домом — у нас это частое явление в частном секторе, но она меня спалила.
— К себе иди, живо! — тычет пальцем в сторону лестницы. — Потом будем разбираться. Рита, ты вообще как, нормальная? Почему ты себя так ведёшь?
— Просто он меня бесит, он тебя обманывает.
— Начинается! Меня достала твоя ревность.
— А меня розовые очки на твоих глазах достали.
Скандал набирает обороты.
Мама больше не улыбается, как три часа назад, её лицо кривится от злости. Ничего не ответив, она практически бегом летит к двери и открывает её уже сама, пуская на порог всемирное зло.
— Русланчик прости ее, она… я думаю она просто не может принять нового мужчину из-за отца, который так жестоко с нами поступил. Моей детке нужно время.
Елейным тоном встречает своего хахаля, заводя его в дом.
— Да я все понимаю. Простите, я могу уйти.
— Нет, нет! Сейчас я все улажу. Проходи, присаживайся. Боги, какая красота! Поставлю их в воду.
Выглянув из-за угла, я с тяжестью на сердце наблюдаю за тем, как она прижимает к груди тот самый восхитительный букет.
А Руслан, тем временем, улыбается, глядя на мою мать.
Она поднимается на носочки, пытается дотянуться до лица Руслана, рост которого нереально огромен. Он почти упирается макушкой в потолок. Детине приходится наклониться.
На весь коридор звучит смачный «чмок».
Мама… только что поцеловала мужчину в небритую щёку, оставив на коже красный след от помады.
Бам!
Моё сердце с силой ударилось о рёбра, а в глазах потемнело.
Всё.
Это как удар.
Мощный, адски болезненный.
Кулаком в лицо.
Глаза защипало.
Как будто сейчас по щекам слезы польются.
Через пару секунд телячьих нежностей, меня заметили — они одновременно обернулись. Нахмурившись, мама сделала несколько шагов ко мне навстречу.
— Значит так, или ты переодеваешься и спускаешься вниз или… уходи из дома. Два варианта!
Что?
Мне не послышалось?
Такого тона, такой жёсткой речи я от неё не ожидала.
Еле-еле подавив слёзы, я тоже начинаю двигаться в их сторону.
Подхожу к вешалке. Сорвав с крючка кофту, набрасываю её на себя, огибая здоровенное, тучное тело будущего папочки, который не сводит с меня хитрых глаз:
— Замечательно! Я выбираю… Уйти из дома.
Дёрнув входную дверь, выскакиваю на улицу, убегая в темноту.
Глава 14
— Алло, Маш, можно я у тебя переночую? — с тоской плачусь подруге в динамик телефона и бреду по пустынной ночной улице куда глаза глядят.
— Ритунь, что случилось? У тебя такой грустный голос.
