Не принесла та вылазка ни прибыли, ни счастья. А глядя в глаза Дарену подрастающему, иной раз думал Велес, что возмездие это, кара небесная. Что его родной сын умер, едва на свет родившись, минутки не прожив. За то, что Велес чужого отобрал.
Глава 8
Ратмир нашел Дарена во дворе. Он сидел на корточках, играя с одним из охотничьих псов. Ратмир подошел ближе, но окликнул заранее, чтобы не испугать.
– Дарен! Пойдем в дом? Я хочу показать тебе кое-что, – Ратмир говорил максимально мягко, даже не узнавая свой голос.
Давно так ни с кем не говорил.
Много лет назад похоронил жену и сына… почти похоронил, потерянного навсегда. Так и не женился снова, не смог завести новую семью. Будто само сердце ему из груди вырвал проклятый Велес, забрав кричащего младенца и унеся в темноту и дождь. А теперь перед Ратмиром был мальчик, который нуждался в нежности, в тепле и заботе. От Велеса их точно было не дождаться! От Златы… Ратмир не готов был думать о ней сейчас. Главное, его сын! Ратмир подошел к нему неслышно, как кот на мягких лапах, опуская на худенькое плечико руку, увенчанную дорогими перстнями.
После того дня, как Ратмир попытался прогнать его маму прочь, между ними пробежала черная кошка. Дарен видел, что князь хотел видеть его, говорить с ним, но не забыл Дарен еще обид, которые в сердце детском копились. Как говаривала ему мама, отольются кошке мышкины слезы. Вот станет он взрослым, и пусть только попробует ее кто прогнать или обидеть!
Собака зарычала, и Дарен дернулся, обернувшись. Избегал он Ратмира.
Боялся. Инстинктивно боялся, хотя ему не делал ничего дурного князь. Хорошее только: одежду красивую подарил, едой вкусной кормил, игрушки предлагал. Но Дарен с опаской относился к подобным подачкам, дичился Ратмира слегка. Велес доказывал ему не раз: стоит довериться, хоть чуточку, и потом за это больно прилетает.
– В дом? – испуганно спросил Дарен, злясь на себя за то, что голос задрожал, как у ребенка, а не ребенок он уже, большой. – А может, здесь покажешь?
Для храбрости Дарен обнял собаку.
Высокая, поджарая, с гладкой шерстью, выше его казалась. Прятался он за ней. Защитит его пес, если что!
Ратмир удивленно посмотрел на собаку. Он же хозяин, а они Дарена негласно словно вожаком приняли! Вот зверюги!"
"– Комнату хочу одну показать тебе, – сказал Ратмир, присаживаясь на корточки и протягивая руку. – Иди ко мне, малыш, не бойся, я же тебе зла не делаю.
Собака недовольно рявкнула, руку пришлось убрать. Но он почти взмолился этими словами.
