Но если судьба так рассудит, что умру я от руки Ратмира, если судьбе угодно будет одного отца в живых оставить у Дарена вместо двух, то я не воспротивлюсь этому. Клянусь, сражаться с Ратмиром не стану. Сам грудь ему подставлю под клинок. И к жене своей на небо уйду. К Злате своей… Почему ты мне сразу не сказала? – стон, долгий и протяжный вырвался из груди Велеса.
По моей коже побежали мурашки. Я поежилась и отступила на пару шагов.
– Прости… Велес. Но ты бы не поверил тогда. Как не поверил сейчас.
– Я сам не знаю, верю я или не верю, – сцепил зубы Велес.
– Попробую советом твоим воспользоваться да трактаты магические почитать. А пока… прости, у меня есть дела поважнее и пострашнее. Но женщине о них знать не нужно.
Я по лицу видела, что Велеса что-то тревожило, что-то, кроме Дарена. Осунулся он весь, посерьезнел. Скрытничал вон… Хотя с какой ему радости с попаданкой-то откровенничать? Пф, не стоит и стараться, и расспрашивать его о «важном и страшном деле».
– Я пойду тогда, Велес, – вздохнула я и предприняла еще одну попытку достучаться до него.
– Подумай о разводе. Пожалуйста. Клянусь, мы с Ратмиром не запретим тебе с сыном видеться, с Дареном. Ни в коем случае.
– Я… подумаю, – Велес окончательно замкнулся в себе и огляделся, сгущались сумерки, на поляну, где стоял дуб, наползала темнота. – Пойдем, Злата? Провожу я тебя до дворца княжьего. Кто бы ты ни была, моя Злата или не моя, но не стоит тебе ходить одной по темноте. Тут… звери всякие водятся. Твари ужасные шастают. Нельзя, чтобы ты попалась на их пути.
Ратмиру и Дарену я тебя верну целой и невредимой. Понятно?
– Спасибо, Велес, – прошептала я, ощутив вдруг сильную вину перед этим мужчиной."
"Было видно, что Велесу сейчас хотелось остаться наедине с собой. Оплакать свою покойную жену. Но пришлось ему со мной возиться.
– А… что за твари такие? Не слышала я о них, – с любопытством спросила я, глядя на Велеса, когда мы вместе пошли по тропинке, направляясь к княжескому дворцу.
Велес лишь покачал головой. Сделал вид, будто не услышал меня.
А я… погруженная в собственные грустные мысли, не обратила на его небольшую хитрость никакого внимания.
До дворца мы дошли без приключений, тварей на нашем пути не встретилось. И я долго еще смотрела вслед Велесу, как он шел, сгорбившись, обратно, в свой одинокий холостяцкий дом. Мне было очень сильно его жаль. Ведь я вонзила невидимый нож в его сердце своим признанием про попаданку, нанесла ему незаживающую рану. Но и лгать Велесу было дальше нельзя.
