– А так… То еще вилами по воде писано, что Ратмир – его отец! Пока ты моя жена перед богом и людьми, Злата, все считают, что Дарен – мой сын. А как развод, так отвернутся все от меня, и скажут люди вокруг все, что нет у меня больше ни сына, ни жены! И прав будет Ратмир, если не даст мне с Дареном видеться. Он отцом перед всеми станет! Хитро вы все это провернули, Злата! Но я умнее. Не дам я развод тебе по доброй воле, так и знай! Сколько бы золота ты мне ни отвалила. Дарен мне всего дороже!
– Не больно ты им дорожил, когда избивал его за любую провинность! – зарычала, как львица я, бросаясь к Велесу и толкая его руками в грудь.
Он и не пошевелился. Не оттолкнул, но и не обнял. Будто закрылся для меня. Что-то изменилось в Велесе после признания моего. Ведь и сейчас он перехватил мои ладони, крепко сжал и посмотрел в глаза.
– Любил я всегда… Злату. До последнего дня ее любил. И Дарена тоже люблю и любить всегда буду. А если ты и вправду попаданка… так я тебя и не знаю.
Любить тебя мне не за что. Ты жизнь мою разрушила. Сына у меня отняла, раз за другого выскочить замуж хочешь и ребенка отобрать.
– Не твой это сын, пойми! Твой погиб уже давно! – выдохнула я гневно в лицо Велесу и дернулась, пытаясь вырваться.
Он не отпустил. Лишь горько улыбнулся, качая головой.
– Сын, Злата. Сын. И тебе сын, чуешь ты душою это, иначе не билась бы за него еще тогда, когда уходила от меня. Смертным боем билась за Дарена, убить меня готова была ножом тем… Я уже тогда почувствовал неладное.
Никогда Злата настоящая, моя Злата так себя не вела. Но не в этом дело. Не по крови мне Дарен сын, а по сердцу. Я воспитал его смалочку. Я каждую мелочь о нем знаю. Чужих детей не бывает, Злата. Если ты растишь их как своих. Так же и у тебя, и у меня с Дареном произошло. Может, Ратмир его и отец… по крови. Да только я не меньшие права имею на Дарена.
– Не имеешь ты никаких прав, – зарыдала я, и Велес отпустил мои руки.
– Пожалуйста… поверь мне. Дай развод! А не то…
– Не то что? Убьет меня твой князь? – снова эта жестокая насмешка над самим собой прозвучала в голосе Велеса, и он отвернулся, скрывая боль. – Может, туда мне и дорога, Злата. Раз нет на свете больше никого из близких людей, кто меня бы держал. Сын по крови, младенец, давно в могиле. Злата, жена моя, оказывается, умерла, а я и не знал об этом. Дарен… только остался. Он и держит меня на белом свете.
