— Я вижу тебя одетой в шелка, усыпанной драгоценностями. Ты могла бы повелевать этим залом. Довольно одного взгляда твоих льдисто-голубых глаз, чтобы исполнилось любое твое желание.
Прежде чем Антония успела сказать в ответ какую-нибудь колкость, Рейнло закружил ее в стремительном вихре, и ей пришлось уцепиться за него, чтобы удержать равновесие. Она взволнованно перевела дыхание, скованность ее исчезла. Краем глаза маркиз заметил, что Касси с нескрываемым интересом разглядывает его.
На губах Николаса мелькнула торжествующая улыбка.
Маркиз чувствовал себя победителем: он танцевал с женщиной, которую желал. К его изумлению, Кассандра улыбнулась в ответ. Не своей обычной вежливой наигранной улыбкой, а искренне, от всего сердца.
— Пожалуйста, остановись. — Антония сжала плечо Рейнло. Они только что сделали круг по залу. — Ты выставил меня на посмешище.
— Я хочу танцевать с тобой, — упрямо заявил маркиз, хотя в дрожащем голосе Антонии явственно слышалась горечь.
— А я не желаю танцевать с тобой, — с вызовом возразила мисс Смит.
— Мне не дозволено танцевать с тобой, но ты будешь прибежать мне, — сказал маркиз.
Антония в ужасе обвела глазами толпу любопытных, кровь отлила от ее лица.
— Мы не должны говорить об этом, — яростно прошипела она. — Не здесь.
Рейнло беспечно усмехнулся, не обращая внимания на ее слова. Другие танцующие пары были достаточно далеко, никто не мог их слышать.
— Я хочу снова обладать тобой.
Антония метнула на него гневный взгляд.
— Нет…
Рейнло ответил ей улыбкой.
Полно, чему тут удивляться? Первая встреча оказалась слишком краткой, поспешной, все же никогда прежде, обладая женщиной, Николас не испытывал подобного пьянящего восторга.
— Да.
Рейнло бросил нетерпеливый, жадный взгляд на французов окно, за которым простирался сад с уединенными аллеями и тенистыми деревьями. Два или три скользящих шага, и танцующая пара окажется во мраке ночи.
Два шага…
Легкий ветерок, ворвавшийся в двери, коснулся разгоряченного лба Рейнло, словно умоляя не поддаваться безумию.
Буйная фантазия маркиза уже нарисовала заманчивую картину похищения Антонии.
Но хотя страстная любовная сцена в саду представлялась ему весьма соблазнительной, Рейнло не уступил искушению. Проклятие! Ему приходилось придерживаться приличий. Николас не мог опозорить Антонию, объявив всему свету, что эта женщина доводит его до неистовства словно неискушенного мальчишку.
Антония быстро вновь подхватила ритм музыки, чуть отстранившись от Рейнло.
