А что, если ее презрение к мужчинам — последствие любовной связи с Бентоном?"
"Рейнло без труда угадал, отчего Бентон терзался чувством вины. Десять лет назад Джонни был ошеломляюще красив. В семнадцать лет Антония знала о жизни куда меньше, чем ей велось узнать после. Она не первая женщина, потерявшая голову из-за смазливого негодяя, пустого фата.
«Неужели этот мерзавец обесчестил ее и погубил?» Рейнло вцепился обеими руками в край стола, чувствуя, как рот наполняется горечью. В нем закипала ярость. Ему ужасно хотелось сбить негодяя с ног и превратить в кровавое месиво.
«Остынь, ты даже не знаешь наверняка, говорил ли он об Антонии. Ты выносишь скороспелые решения с остротой голодной форели, бросающейся за мухой».
И все же интуиция подсказывала Рейнло, что он прав. А интуиция его никогда не обманывала.
Ублюдка Бентона следовало поджарить на медленном огне. Как он посмел протянуть к Антонии свои мерзкие лапы?
Рейнло закрыл глаза. Гнев клокотал в нем словно огненная лава. Бентон знал Антонию. Бентон слышал ее хриплые стоны мгновения блаженства.
Бентон чувствовал влажную упругость ее плоти.
Воображая Антонию в объятиях мерзавца, Рейнло не мог сдержать ярость. Невинная, беззащитная девушка стала жертвой этого самовлюбленного повесы, похотливого самца. Бентон заслуживал медленной мучительной смерти. И Рейнло жаждал убить грязного подонка, насладиться его жалобным визгом.
Но, смерив взглядом рыдающего труса, Николас не смог заставить себя бросить ему вызов. Рейнло чувствовал, что должен выяснить правду, однако произнести имя Антонии в придорожном трактире было свыше его сил.
И кто знает, как звали Антонию на самом деле? Николас давно подозревал, что Смит — имя вымышленное.
— О, любовь моя, дорогая, — завывал Бентон, закрыв лицо ладонями.
Рейнло заткнул уши, пытаясь унять мечущиеся мысли. В голове его теснились вопросы. Антония — возлюбленная Бентона? Должно быть, это лишь игра воображения.
— Милая, милая Антония…
«Антония? Что за чертовщина? Я наверняка ослышался».
Но даже если Рейнло не ослышался, в высших слоях общества имя Антония не редкость.
Его могла носить и другая женщина. Совпадение имен нельзя было считать неопровержимым доказательством, хотя Рейнло нутром чувствовал: Бентон говорит о той самой Антонии. О его Антонии.
О его Антонии, которая, возможно, была когда-то Антонией Бентона, будь проклят этот мерзкий ублюдок.
Рейнло показалось, что его загнали в ловушку. Грудь словно сдавило обручем, стало трудно дышать. Николас стиснул зубы.
