Что ж, может, и так, но не следовало забывать про назойливую сестру графа, которая постоянно вмешивалась в чужие дела…
Джейн глянула на подругу, рассматривавшую ее обновленную спальню.
– Помнишь, как ты тут родился, Уилс? – спросила Кэт у сына.
Малыш засмеялся. Конечно, он ничего не помнил, зато она, Джейн, не забыла.
Они перешли в другие комнаты.
– О, ты разобрала кладовку! – воскликнула Кэт.
– Да, разобрала.
Комната, захламленная всяким старьем (включая кукольную ширму), вновь стала гостиной, очень славной к тому же.
Но Джейн не могла здесь находиться. Здесь витало слишком много воспоминаний об Алексе…
В глубине души Джейн надеялась, что ремонт выгонит отсюда призрак Алекса, но ничего не вышло. Он был везде, куда ни повернись – и здесь, и в кухне, и в гостиной. Она не могла от него избавиться.
Джейн повела подругу вниз, чтобы показать кухню, а также музыкальную комнату и кабинет.
Имоджен переписывалась с Дианой и немножко сплетничала про лорда Эванса, когда они с Джейн сравнивали оттенки желтого или обсуждали, что делать с окнами.
И она сказала, что Диана очень волновалась за брата, который с самого февраля постоянно был мрачен и замкнут. При этом Имоджен бросила на свою новую подругу весьма многозначительный взгляд, но Джейн лишь улыбнулась и выразила сочувствие. А потом попыталась убедить себя, что граф просто опасался, что ему придется жениться на ней, потому и нервничал.
А потом, уже на прошлой неделе, Имоджен сообщила, что лорд Эванс ошеломил всю семью, не поехав в Лондон на дебют Би, и Джейн согласилась, что это очень странно – ведь лорд Эванс очень любил свою старшую племянницу и всегда ее поддерживал.
– Ты тут превосходно потрудилась, – сказала Кэт, когда они закончили осматривать дом и вернулись в гостиную.
Джейн засмеялась.
– Да уж, работы тут хватило, но, думаю, получилось очень даже неплохо.
– Подержишь Уильяма? – спросила Кэт, прежде чем Джейн успела сесть, и указала на сумку, которую принесла с собой. – Я хочу расстелить на полу лоскутное одеяло.
– Я и сама могу рас…
Слишком поздно. Уильяма уже сунули ей в руки.
– Не боишься, что я его уроню? – спросила Джейн, крепко обняв малыша.
Расстилая на полу яркое одеяльце, Кэт с улыбкой ответила:
– Конечно, нет. После того как дети научатся держать головку, их держать не трудно. – Кэт снова улыбнулась. – А ты держала его еще тогда, когда он только родился, и у тебя отлично получилось.
– Да, получилось… – ответила Джейн со вздохом.
