Повернув голову, я увидела, что Эмиль указывает на преподавательский стол и что туда же кладет выхваченный из папки лист.
– Садитесь сюда, Дарья, – повторил декан.
А когда я, невероятным усилием подавив желание расхохотаться, приблизилась и села, куда велено, продолжил:
– И пишите… объяснительную.
– Какую еще объяснительную? – не сдержавшись, уточнила я.
– Обыкновенную, – даря легкую улыбку, отозвался Глун. – Пишите, почему вы, будучи не самой преуспевающей студенткой, позволяете себе столь возмутительные дисциплинарные нарушения, как опоздания.
Мой шок был не сильным, но искренним. Я едва успела прикусить язык, чтобы не спросить у Эмиля – он совсем офигел или как?
И норриец мою реакцию, разумеется, заметил…
– Пиши-пиши, – наклонившись ближе, шепнул он. – Кстати, вариант «просто проспала» не принимается.
– А как же самостоятельная работа? – Угу, я снова не сдержалась. – Вы же сами сказали, что она зачетная.
Глун равнодушно пожал плечами, а в глубине синих глаз вспыхнули яркие озорные огоньки.
– Ты опоздала. Так что самостоятельную будешь писать как-нибудь потом. В другой раз.
Ах вот он как запел! Ну Эмиль, ну зараза… Ладно, я тебе это припомню.
– Что-то еще? – вырвал из мыслей декан. И такое самодовольство в голосе прозвучало, что у меня вновь щеки вспыхнули. – Что-то неясно?
– Все ясно, – подарив улыбку, ответила я. Тут же выхватила из бокового кармана сумки шариковую ручку и склонилась над листком.
Вот, значит, как. Значит, мы действительно ролевые игры любим.
Что ж, помнится, снился мне однажды очень красочный сон про изучение магических жестов. И пусть это случилось не сегодня, но клянусь – после таких «снов» не опоздать на занятия практически нереально.
И не знаю как вам, лорд Глун, а мне такая версия событий нравится гораздо больше, нежели та, которую вы от меня сейчас ждете. Вы же хотите про сегодняшнюю ночь, верно? Ну так вот – даже не надейтесь!
Подавив коварную усмешку и закусив для верности губу, я принялась писать про жест «тин» и прочие «невыученные» мною «распальцовки»…
Стыдно? Есть такое! Но он первый начал.
И это, черт возьми, был вызов! А мы, девушки с Земли, просто так не сдаемся. Вот не сдаемся, и все тут!
Под самостоятельную работу Глун отвел половину первого занятия. Мне этого времени тоже вполне хватило, чтобы описать «что, как и почему». Финалом сочинения стали глубочайшие извинения за опоздание и заверения, что сделаю все, дабы избежать повторения ситуации.
