Капли разлетелись в разные стороны, некоторые и вверх. А потом вниз. На меня.
Завизжав, я так замахала руками, что чуть не свалилась с ветки, на которой устроился мой любимый зад. Ну вот, снова мокрая, как курица.
Щелчком пальца вырастила яблоко. Не потому, что голодная, их много не съешь, разве что умирая от недоедания. Меня просто ностальгия пробрала.
Вытянувшись на ветке и прикрыв глаза, я вспоминала.
И незаметно уснула. Что-что, а поспать я всегда любила.
Мне снился большой дуб в парке вольского дворца.
Небо над головой такое же, как и сейчас, пасмурное, холодный ветер пробирает до костей. От дворца вверх идет столб густо серого дыма. Несколько башен разнесены вдребезги. Мой дом, моя крепость пала. Я бегу туда. Вверх по ступеням, через поваленные колонны и разбитую мебель. Что здесь было? Кожу обдает холодом.
В главном зале довольно людно. А еще асурно.
Я встаю напротив трона, где сидит мой злейший враг. Рядом коленопреклоненный брат. Тут же рядом сестры, как они выросли!"
"— Она скоро придет, — покосился в их сторону Хананель.
— Нам остается только ждать.
Я вынырнула из видения.
Точнее, меня из него вывели. Точечным попаданием яблока. Замахав руками, я все же свалилась на землю. Прямо в лужу. Фыркнув, подняла голову.
Так и есть — мальчишки.
— Вам никто не говорил, что бросаться в людей не хорошо?
Они засмеялись. А я, еще не отойдя от своего сна, разозлилась и швырнула им под ноги легкую световую бомбочку.
— Хотя бы потому, что человек может оказаться сильнее.
Яркая вспышка озарила все вокруг. Если ты не успел закрыть глаза, ослепит на несколько часов, а если все же успел, то минут на десять.
Мне было их не жалко. Дети должны учиться на чем-то, а правда жизни такова — лучше десять раз подумать, прежде чем с кем-то связаться.
«Ну вот, — думала я, шагая по голым камням, — мои разноцветные черти ушли, а вместе с ними и то тепло, что спасало меня. Сейчас в груди лишь боль».
Но я упрямая.
Должно же и мне когда-то повезти. Должна же и я быть счастлива.
Шуршание нарастало и, оглянувшись, я увидела, как из-за очередной каменной гряды выползает моя верная Нагос. Ткнувшись мне в грудь одной из своих голов, она лизнула щеку другой и заглянул в глаза третьей. Две другие подозрительно озирались, блюдя безопасность. Ничего не оставалось, как улыбнутся и переместиться на столь любезно предоставленную спину.
Путь пошел куда легче. Тело гидры ловко перемещалось по острым камням, неотвратимо скользя вверх.
