— О мести, — вздохнул более понятливый Бальтазар.
— Я уже кое-что поняла в том, как противостоять асурам, — заговорила я. — Разгадывала как шараду. Убить того, ледяного, мне помогли огненные клинки и саламандра. Это значит, здесь действует принцип противоположности. Огонь — вода, ну и правильно рассчитанный воздушный поток. Это я уже проверила. На Аскара можно подействовать ядами. Хотя тут еще вопрос. С электричеством я долго думала. А потом поняла, что это довольно просто, нужно использовать непроводники. Воздух вообще трудная, неуловимая материя.
Тут, кроме пары наработок, еще есть вопросы. А металл? Его тоже можно расплавить, но какие температуры нужны? Я об этом думала. Заклинание выйдет слишком энергоемким и разрушительным. Если его применять, то только подальше от самого объекта, а это невозможно и в пустынном месте. Процентов двадцать, что я выживу после этого. А как еще погубить металл? Ржавчину что ли напустить. Хм, знаю я один заговор металла, который рассыпает его в труху, но подействует ли? Он ведь все-таки живой.
"
"Я обернулась и застала демонов за рассматриванием меня. Только делали они это так! Даже меня смутили.
— Эй, вы чего?
— Девочка, больше никогда такого не говори.
— Тебе вообще лучше забыть о том… мерзавце.
— Это не должно быть твоим делом. Мы сами с ним разберемся.
— Разбирайтесь с кем-нибудь другим. Этот — мой, — насупилась я. — У вас там что, асуров зловредных не хватает? Вам мой личный враг понадобился!
— Лилит, ты не понимаешь.
— Так объясни мне, Заквиэль.
— Тебе с ним не совладать. Он действительно очень сильный. Слишком сильный.
Я отвернулась:
— Не хотите говорить, не надо. Меня от ваших секретов мутит. То не надо, сюда не лезь, это не трогай. Мне плевать, чего будет стоить его смерть. Главное, чтобы он расплатился сполна. Расплатился со мной. Я за этим и хваталась так долго за жизнь. Когда все уходит, остается лишь одно — месть. Когда больно, выход один — сделать удар. Это моя плата, мой выбор. В конце концов, вы однажды решили за меня, добившись лишь моей смерти.
Теперь я буду делать то, что хочу. А я хочу увидеть свою боль в его глазах.
— Лилит, пожалуйста, — коснулся моей головы Заквиэль, — не надо. Мы не хотим потерять тебя снова.
— Меня это не волнует. Вы вообще зря пришли. Я никогда не пойду с вами. Хотя бы пока не расплачусь. Вы начали это, но я не могу злиться на вас. А того кто убил сестер и подруг, буду ненавидеть всей душой. А она у меня как мы уже выяснили более чем воинственная.
