Обложился инструкциями, указаниями, приказами, все выписал и подсчитал."
"— Какая же из них первая?
— Сейчас — поговорить с Иваном Жаворонковым о жизни и душевных привязанностях.
— Вы, наверно, о Жене? — спросила Валентина. — Я была у него в мастерской. Порядок, чистота. И ребятам нравится — инструмент всякий, тиски, кусачки… Глядишь, и научатся…
— Кусаться?
— Тоже неплохо! — рассмеялась Валентина.
— Неплохо, — кивнул Фартусов, но не стал больше говорить о Женьке, хотя мог бы добавить о нем кое-что весьма существенное — осужден был Женька в свое время.
Правда, условно, однако такой прискорбный факт в его биографии имел место. — Ладно, поговорили, выводы сделаем каждый в одиночку, верно, Иван? Тебя я ни в чем не упрекаю, но друзей твоих упрекнуть могу. И потому просьба — иметь в виду. — В прихожей Фартусов обернулся и, едва ли не впервые бесстрашно посмотрев Валентине в глаза, содрогнулся от восторга, чем окончательно себя выдал. Девушка даже растерялась, увидев столько всего на лице участкового инспектора.
— Проводи, Ваня, гостя, а то заблудится! — это все, что смогла сказать Валентина.
— Оно и немудрено, — пробормотал Фартусов.
— Отчего же?
— Ох, сказал бы я, да чувствую — преждевременно. Не пришел еще срок.
— А может, в самый раз?
— Могу и сейчас, но, боюсь, смешно покажется, — Фартусов опасливо покосился на Ваньку. — До свидания, приятно было повидаться. Большое спасибо за гостеприимство.
Ванька шел впереди. Глядя на тощую спину парнишки, на ямку у затылка, на его светлые волосенки, Фартусов думал о том, что вряд ли все эти джинсики, сафари, кроссовки заменят Ваньке отца, с которым можно было бы за грибами отправиться, по городу пошататься, просто на скамейке посидеть.
Ванька прошел по луже и шагал дальше, оставляя на асфальте следы, так схожие с завитком на его белесом затылке.
— Слушай меня, Иван, — сказал Фартусов, когда они расположились среди детских песочниц, качелей и каких-то странных сооружений из железных стержней. Фартусов хотел вовлечь Ваньку в игру и заговорил с возможной таинственностью.
— В нашем дворе намечается что-то нехорошее. По некоторым данным. Слыхал?
— Нет, — в глазах у Ваньки сверкнул опасливый интерес.
— Есть сведения. Секретные. Поэтому предупреждаю: ты не должен участвовать в противозаконных делах.
— Я и не участвую!
— Это хорошо. А вот дружок твой, Георгий Мастаков, участвует. И замечен. И Евгений замечен.. И еще кое-кто.
— А что они?
— Это разговор для другого места, — ушел от ответа Фартусов.
