Парни не планировали покидать корпус, им и в аудитории под кондиционерами было хорошо, но согласились.
– Я бы прыгнул с такой высоты, – о чем-то разговаривали на фоне ребята.
– Зассал бы, свободное падение не каждый осилит.
– Да что там страшного?
– Это тарзанка, а не батут."
"Что обсуждали друзья, Антон так и не понял, молча ждал, пока закончится перерыв, и поглядывал по сторонам, конечно. Нервничал почему-то. Даже в какой-то степени переживал – мало ли, вдруг беда приключилась с этим ходячим несчастьем.
Но их встреча все-таки состоялась после третьей пары.
Леваков подловил Снегиреву в главном корпусе рядом с мини-маркетом. Она разговаривала с каким-то парнем. Тот был худощавым, казалось, дунь – и рассыплется, но высоким, с кучерявыми русыми волосами. Незнакомец улыбался Юльке, не сводя с нее взгляда.
Антон и сам не понял, как так быстро оказался рядом. Просто свернул за угол, заметив ее, и мгновенно проскочил мимо голодных студентов, пропуская приветствия знакомых. Словно не видел ничего и никого, кроме Снегиревой.
– Мне очень понравилось, – проговорил Юльке тот парень.
– Думае…
– Привет, – оборвал Леваков их будничный диалог и посмотрел на Снегиреву. – На секунду можно?
Антон встал перед ней, практически перекрыв своей широкой спиной незнакомца. Да и выглядел Леваков мужественней этого мальчишки, у которого явно еще молоко на губах не обсохло.
Снегирева подняла на него взгляд, позволяя заглянуть в эти глаза с карамельным отливом. Ее губ все еще касалась улыбка, но не такая, как обычно.
Словно напускная, поддельная. Словно Снегиревой совсем не хотелось улыбаться.
– Юль, я тогда… – начал Леваков.
– Все нормально, – перебила его девушка, даже не запнувшись. – Там твои друзья идут, Антон. А здесь, увы, даже спрятаться негде. Боюсь, неловко получится, разговорчики пойдут. Сам понимаешь, – она неопределенно махнула рукой. Ее голос звучал незнакомо, так холодно и отстраненно, будто эти слова произносила не Снегирева.
– Что… – опешил Антон.
– Знаешь, мне тебя искренне жаль: пришел сюда, говоришь о чем-то с девушкой без гордости, а это же плохо скажется на репутации заядлого бабника.
Вы ведь… как это, – она коснулась указательным пальцем губ, делая вид, будто подбирает слова. Было очевидно, что каждое ее слово, каждый жест – это напускное, поддельное. – Очень беспокоитесь, чтобы заядлые девственницы обходили вас стороной. А то мало ли, заразят чем-то, – Юлька хихикнула. Опять неискренне.
Антон молчал.
