- Я не могу до него дозвониться уже три дня.
- Врачи настояли на полном покое, а нас он просил никому не распространяться относительно своего состояния.
- Значит, это произошло?.. О, Боже!
Догадка, как удар под дых, заставила согнуться пополам. Три дня молчания, три дня после ее бегства. Все сложилось. Телефон чуть не выпал из рук.
- С вами все в порядке? – секретарь услышала в трубке стон.
- Да… - Аля закрыла глаза, словно это могло удержать слезы. - Когда он возвращается? - наконец произнесла бесцветным голосом.
- Сегодня во второй половине дня.
- Планировал заезжать в офис?
- Пока не сообщал, но клянусь, я сделаю все, чтобы Виктор Николаевич не задержался здесь надолго, - уверенно произнесла собеседница.
- Спасибо.
- Что-нибудь еще я могу для Вас сделать?
""Скажи, что все это сон"", - подумала про себя Аля, но вслух лишь вежливо попрощалась.
На большее не хватило сил. Одна минута разговора выжала из нее все. Словно немощная старуха осталась сидеть на грязной мокрой лавке, не надеясь подняться.
Больше не думалось ни об Олеге, ни о новой фотостудии, куда ее настойчиво звали на ставку. Долгожданный дождь принес вместо радости дурные вести. Бывшая невеста, уже никогда не Строганова… А ведь казалось, что все будет просто – проститься и уйти. Как в киношной драме. Не вышло. Ее драма не желала заканчиваться. Дикий, безотчетный страх потери наглухо затянул тучами легкое, еще непривычное ощущение свободы. ""Только не Витя"", ""только не он"" - эгоистично торговалась с высшей силой.
Бесполезный защитник, зонтик, так и норовил выскользнуть из рук и одиноким парусом воспарить над заливом. Тело ломило. Нужно было подняться с места. Двигаться куда-то, но она все сидела.
***
Черный тонированный мерседес плавно лавировал в потоке автомобилей. Водитель старался не смотреть на пассажира, однако на каждом светофоре глаза так и косились в сторону зеркала заднего вида. Начальник выглядел неважно. За десять лет работы на Строгановых таким Виктора Николаевича он не видел никогда.
Осунувшееся серое лицо, опущенные плечи и стеклянный взгляд никак не вязались с образом энергичного, пышущего здоровьем шефа. Сейчас он больше напоминал своего отца. В сорок девять, после первого инфаркта, Николай Дмитриевич выглядел также.
- Алексей, давай на верфи, - голос начальника вырвал водителя из невеселых размышлений.
- Юлия Игоревна, ваша секретарша, сказала, что выслала вам по почте подробный отчет о пожаре, - и, помедлив, добавил, - с фотографиями.
