Бессонная ночь вымотала ее. Последние силы иссякли вместе с уходом Вити. Больше не нужно было притворяться спящей, да и вообще что-либо изображать.
- Напрасно. Все, - подняла вверх руку. Посмотрела на подаренное женихом кольцо. Бриллианты в изысканной золотой оправе - шедевр от лучших ювелиров. Символ любви и намерения навеки связать две судьбы вместе. Ее и Вити... Только зачем она ему? Красивая партия для успешного и вечно занятого мужчины?
Глядеть было больно. Глаза щипало. Смахнув со щеки первую слезу, она опустила руку на грудь.
Ни желаний, ни воли. Стоило бы подняться, привести себя в порядок. Начать очередной забег. Но вместо этого укуталась с головой в одеяло и впервые за три недели расплакалась. Навзрыд.
***
Новички гонки, российская команда, начала свой день с поражения. Везение покинуло экипаж еще на этапе жеребьевки. Первые же соперники отборочного тура были неоднократными победителями в классе. Узнав, с кем команде предстоит сойтись в дуэлях, Рогозин первым делом затребовал в штаб коньяк.
Литр успокоительного на три заплыва. Этого должно было хватить, и даже Строганов впервые за время знакомства с Львом Семеновичем отнесся к его слабости с пониманием.
Не до шуток было всем. Олег и команда, как могли, выкладывались в каждой дуэли. Тренеры и консультанты, прилипнув к биноклям, изучали тактику соперников. А Рогозин две гонки подряд грел в руках бутылку. После второго поражения пробка полетела в море. На трезвую голову не было мочи смотреть продолжение. Дождавшись, когда злой и мокрый капитан ""Александры"" сойдет на берег, миллиардер плюхнулся на раскладной стул в центре тренерского штаба и молча начал напиваться.
- За нас с тобой! - бутылкой отсалютовал он усевшемуся рядом Олегу.
- Не рано ли? - Сафронов потянулся за своим энергетическим коктейлем. Восстанавливать силы между поединками было некогда.
- Не-е-ет! - протянул Рогозин. - К последней на сегодня, третьей гонке лично я предпочитаю быть подготовленным!
- Оптимистично!
- Ой, - отмахнулся.
– Ну, когда мы с тобой в первый день выигрывали? Никогда! А благодаря этому, - указал на бутылку, - хоть обидно не будет.
***
Стараясь не смотреть в зеркало на свое заплаканное лицо, Аля собирала вещи. Оставаться дольше ни в номере, ни на Сардинии она не могла. От мысли о продолжении ""отдыха"" внутри все скручивалось в тугой узел. То, что еще вчера было терпимым и привычным, сегодня вызывало панику. Необходимо было дождаться Виктора, объясниться и бежать.
