— Уходи, — прошу я его, не трудясь спрятать раздражение.
Я сгребаю палетки в сумку, поняв, что ни один цвет мне не нравится.
Мухтаров встает со стула резко и так же резко ведет ладонью по волосам.
— Я уезжаю. Надолго. На год примерно…
— Счастливого пути.
— Карина…
Вскинув глаза, вижу недовольную мину на его лице.
— Я надеюсь, мы останемся друзьями. Несмотря ни на что.
— Можешь считать, что мы дальние родственники, если тебя это устроит.
— Не устроит. Но выбора у меня нет, так?
— Совершенно верно.
Он посылает мне долгий, приправленный грустью взгляд, после чего уходит.
Через окно я вскользь слежу за тем, как его машина разворачивается со свистом шин. Подняв снежные брызги, Мухтаров покидает парковку «Елок», а я бросаю сумку на кресло, встав с него так резко, что слегка закружилась голова.
Ильдар косится на меня с легкой опаской, пока я приближаюсь к стойке.
— Мне нужно упаковать десерт с доставкой, — говорю ему. — Записку я сама подпишу…
Глава 61
Ильдар помогает мне упаковывать в коробки разные декоративные мелочи, рассредоточенные по «Елкам», когда Алиев заходит в кофейню.
Мое сердце не на месте с тех пор, как я отправила ему свою посылку. Он получил ее вчера, и, поскольку я не была уверена, что на нее хоть как-то отреагируют, извела себя ожиданием.
Я написала, что нам нужно поговорить, и пригласила его в «Елки», сообщив, что меня можно найти здесь сегодня и завтра с пяти до семи вечера.
Ждать вот так, словно играть в рулетку, — это мой выбор! И это вовсе не проверка на прочность собственных нервов, это чертов выбор, который я ему даю.
Пока он осматривается по сторонам, словно впервые видит стены и все небольшое пространство «Елок», я убираю в коробку тяжелый подсвечник.
По большому счету Алиев и правда здесь впервые, если не считать того единственного раза, когда я выставила его отсюда.
Тот маленький секрет, который каждое утро отправляет меня обниматься с унитазом, провел жирную разделительную черту между той нашей встречей и этой. Между всем, что определяло мою жизнь тогда и что определяет сейчас.
Новая жизнь. Во мне. Сейчас! Мой маленький секрет, с которым я срастаюсь в единое целое намертво с каждой новой минутой своей жизни. Я купаюсь в своих эмоциях и когда тихо плачу в подушку — это не от злости, обид или прочего дерьма, а от радости. Моего личного счастья.
Денис дергает за молнию на своем пуховике, отыскав меня глазами возле маленькой стремянки у стеллажа, который мы с Ильдаром разбираем.
