На нем был дорогой костюм из мягкой, с серебристым отливом ткани, на запястье дорогие часы, пальцы играли дорогой авторучкой. Судя по манерам, он привык к власти и потому не повышал голос, уверенный в том, что его и так услышат. И действительно, даже Серж утратил обычную развязность и напряженно сидел на краешке стула, как первоклассник в кабинете директора школы.
— Но сейчас речь не о деньгах. Господин Серегин назвал вам выделенную сумму, а как ею распорядиться, вы решите сами. Для нас важно, чтобы работа была выполнена чисто…
— Что значит «чисто»? — спросил Волк.
Он неловко чувствовал себя в подаренной Сержем черной «двойке» с туго затянутым строгим галстуком.
Серж едва заметно нахмурился и качнул головой, показывая, что инициативу проявлять не следует.
Валентин Иванович не обратил внимания на вопрос, а может быть, даже его не услышал.
— Работа должна быть выполнена чисто, — продолжал он. — То есть, во-первых, обязателен результат, а во-вторых, никто не должен даже заподозрить нашего участия.
Как этого достигнуть — решаете вы. Все детали операции продумываете тоже вы. И конечно, отвечаете за ее исход вы. Персонально и по полной программе.
Жесткий взгляд чуть прищуренных бледно-голубых глаз удержал Волка от вопроса: что значит «по полной программе». Валентин Иванович занимал высокую должность в компании, что-то вроде заместителя директора по безопасности, и не был похож на человека, склонного бросать слова на ветер. «По полной программе» — не метафора и не преувеличение.
Убьют, причем не просто убьют, а разрежут на куски, сожгут заживо, сдерут кожу, — вот что такое в его понимании «по полной программе».
Снаружи огромная пирамида «Консорциума» казалась темной, но оказалось, что стены были сделаны из поляризованного стекла, и из расположенного на десятом этаже кабинета Валентина Ивановича открывался красивый вид на Москву-реку. Впрочем, Волку было не до того, чтобы любоваться пейзажем."
"— Теперь о ваших проблемах с американцами, — Валентин Иванович открыл маленькую коробочку с надписью «Диор».
Волк подумал, что там драгоценности: золотой перстень, бриллиантовая заколка для галстука или нечто в этом роде. Но там оказались складные очки с отсвечивающими голубым напылением стеклами. Волк никогда таких не видел. Валентин Иванович неторопливо разложил их и водрузил на острый, как клюв хищной птицы, нос. Потом порылся в бумагах, вытащил нужный лист и быстро просмотрел текст.
— Они действительно подали ноту в наш МИД.
