Такого просто не могло быть! С двух метров даже относительно слабая пуля калибра 6,35 свалит человека, а четыре пули надежно выведут его из строя!
Финка опять прыгнула вперед. Волк сильно ударил ногой и удачно попал противнику в бедро, но сам потерял равновесие и не смог завершить атаку. Воспользовавшись тем, что Черт пошатнулся, он сбросил расстегнутую куртку и ею встретил очередной выпад, как матадор встречает красным плащом рога разъяренного быка. Клинок пропорол растянутую кожу и запутался в складках ткани, а Волк привычно захлестнул куртку вокруг вооруженной руки.
Резкий рывок — и финка вырвалась из потной кисти, сверкнув, отлетела в сторону, зазвенела на груде кирпичей.
Волк захватил обезоруженную руку, взял на излом, но почувствовал, что не сможет преодолеть бешеное сопротивление и довести прием до конца, сломав сустав. От Черта противно воняло то ли хлевом, то ли преисподней. Он вырывался, как прослуживший пятнадцать лет десантник.
«„Мойку“ свою доставай! — орал Кот. — Один раз она его сделала, и второй сделает!»
Намертво зажав левым локтем горло Черта, Волк сунул пальцы правой в нагрудный карман, вытащил лезвие, с силой полоснул по худой жилистой шее и отскочил, чтобы не запачкаться.
Черная струя брызнула на белеющий в лунном свете снег и описала полукруг, потому что Черт, зажав рану, развернулся, захрипел, сделал два шага, повалился ничком, дернулся несколько раз и затих.
На ватных ногах Волк отошел от котельной и вернулся на дорожку. Софья уже заходила в свой подъезд. В свете фонаря он осмотрел одежду, крови на ней не было.
Выстрелы не привлекли внимания любопытных: никто не выглядывал в окна, не кричал сквозь открытые рамы: «Что случилось?»; не грозил вызвать милицию. Или стрельбу приняли за предновогодние петарды, или жильцы просто боялись попасть в историю и тихо выглядывали из темных комнат через щели в занавесках. Скорей всего, верным было второе объяснение. Тяжело дыша и покачиваясь, Волк пошел прочь.
Уже подходя к метро, он увидел, как с улицы, мигая маячками, во дворы въезжает бело-синий «форд».
Значит, кто-то все же выполнил свой гражданский долг, хотя и втихую.
Волк позвонил Дятлову.
— Черт напал на Чучканову, я только что его прикончил, — все еще тяжело дыша, сообщил он. — Но «светиться» не хочу, считай, что его зарезал какой-то другой маньяк. И Софью предупреди!
Он отключился и пошел к остановке такси. Мимо, ревя сиренами, проехали еще две милицейские машины.
* * *Именинник накрыл стол прямо у себя в кабинете.
