Самому похер, конечно. Но она славная, чистая девочка и достойна гораздо большего. К тому же у меня уже есть один неприкаянный ребенок. Вика. И это тоже взрывает голову, тогда как я всеми силами пытаюсь сохранить хоть какой-то, мать его, адекват. Потому что от того, как я сейчас себя поведу, очень много зависит.
Но если она уже беременна…
И снова мы возвращаемся к вопросу о том, насколько это реально. А уже этот вопрос провоцирует воспоминания. Наши ночи одна за другой выстраиваются перед моими воспаленными глазами стройным рядом.
И не только ночи. Картинки нашей жизни такие яркие, что тело не может не реагировать.
– Может, и позвоню.
– Ну, слава те господи. – Азаров протягивает телефон.
– Не сейчас. Давай, и правда, к делу.
Потом, уже вернувшись в камеру, жалею, что не поговорили. Хотя что бы она мне ответила? Нет, Ставрос, конечно, я не беременна, а справка моя – туфта? Ну, не дура же она.
Не спится. Вновь и вновь прокручиваю в голове, как все у нас было. Тело ломит. Член стоит так, что реально причиняет боль.
Кому расскажи, чем заняты мои мысли – поржут. Вообще ведь о другом париться надо, когда вся жизнь псу под хвост, считай.
Хожу из одного угла клетки в другой, пока сокамерники не начинают на меня гнать. Мужикам спать хочется, а я мельтешу. Хрен ведь его знает, кого ко мне посадили. И для каких целей. Нельзя мне эмоции показывать, но они лезут. Неконтролируемые совсем. Столько там всего. Ревность с чего-то вдруг. Хотя если бы Лунопопой понравился кто-то другой, тот же Герман, разве стала бы она за наш брак цепляться? Нет.
Да и слишком мало времени прошло, чтобы она переключилась. Все понимаю. Но один черт с ума схожу. И ведь это только начало. Что будет дальше, даже сложно представить.
Лучше вообще ее с другим не визуализировать.
Вот беременной – да!
Или нет. Сука! Что же так кроет?
Как отключить этот атомный реактор внутри, перекинув мысли на то, что сейчас действительно важно? У меня ведь полная жопа вполне реальных проблем, а я киплю из-за надуманных.
До следующей встречи с Азаровым еле доживаю. Клиент я особенный. Телефон даже за взятку никто не решается дать. Хотя с другими зэками таких проблем не возникает. Уроды.
– У меня тут новости…
– Все потом. Позвонить дай.
– Не положено, Грек! – оживает сонный надзиратель.
– Да ладно вам, лейтенант. Бабе он своей звякнет, не подельникам же. А мы в долгу не останемся. Тоже мне – нашел рецидивиста.
– Пусть в слепую зону уйдет, – бормочет, не глядя.
