Вырез у кофты…
– На твоей супруге платье, – уточнила я.
– Внизу юбка, сверху блузка, просто их вместе сшили, – не сдал позиций Дегтярев. – Не умничай, ты прекрасно поняла, о чем я говорю. У верхней части вырез неприличный. У нижней очень длинный подол, по полу метет, всю грязь таким соберешь. И, на мой взгляд, белый цвет не твой."
"На лице Марины появилось выражение девочки, которая ждала на день рождения в подарок щенка, а ей со словами «Ты уже большая, читай умные книги» вручили том «Диалоги Платона». Мне стало жалко подругу, и я ринулась в бой:
– Невесты всегда в белом!
– Учитывая возраст моей жены, – хмыкнул полковник, – ей лучше… э… серое.
Юбку нужно укоротить так, чтобы ходить было удобно. И зашить ее надо.
– Зашить? – повторила я. – Низ платья в полном порядке.
Александр Михайлович покачал головой.
– Неужели ты не видишь? Сзади кусок оторвался, из стороны в сторону мотается.
– Это шлейф, – объяснила я.
– Зачем он? – изумился Дегтярев.
– Для красоты, – тихо пояснила Марина.
– И в чем она? – повысил голос толстяк.
– Идешь, а за тобой тряпка тянется, собирает пыль, грязь, дохлых мух.
– Спасибо, – перебила я толстяка, видя, как глаза Марины медленно наполняются слезами, – твое мнение очень важно. Однако, на мой взгляд, шлейф потрясающе хорош.
Марина шмыгнула носом.
– Полагаешь?
– Тебе очень идет эта модель, – заявила я.
– Я еще сказал не все, что хотел, – повысил голос храбрый боец с преступностью, – слишком сильно пояс затянули. Талия прямо такая… смотреть страшно, вот-вот верхняя часть тела от нижней отвалится.
– Этот наряд корсетный, – объяснила я, – он формирует прекрасную фигуру. Правда, у твоей жены она и так роскошная.
– В пижаме Марина намного лучше смотрится, – заявил полковник, – а в этом… э… платье, прямо… ну… Честно говорить?
– Зачем мне ложь? – еле слышно спросила Марина.
– Да оно тебя просто изуродовало, – сказал полковник. – Грудь вываливается наружу и выглядит странно, словно на тарелке лежит. Чуть пониже смотреть страшно, как бы ты посередине не сломалась.
Юбка – абажур! Такой в деревнях над столами в моем детстве висел.
Я подошла к правдорубу и схватила его за рукав.
– Спасибо.
– Есть вопрос, – не умолкал полковник. – Что у нее на голове? Смахивает на занавеску из столовой, которую Мафи недавно оторвала. Кстати, где она?
– Занавеска или собака? – уточнил Кузя.
– Я вернусь к уже сказанному, – впал в раж полковник, – белый цвет тебе не к лицу! Лучше серый! Модель до колена!
Я дернула толстяка за рубашку.
