– Ах вот как!
– Поэтому будь добра, с сегодняшнего дня избегай ваших встреч! Запомни: ты для него не существуешь. Если герцог Кавингтон под каким-либо предлогом захочет с тобой увидеться, ты должна сейчас же мне об этом сообщить, и я извещу, что тебя в Ровердорме нет.
– Но с чего бы ему захотеть со мной увидеться?
– Как я уже говорила, слухи ходят разные, – туманно отозвалась тетя.
Но я лишь отмахнулась. Какие еще слухи?!
– Причина в том, тетя, что вы не хотите, чтобы герцог уличил вас во лжи, – вот что я ей сказала.
Немного подумав, Азалия Уилсон кивнула.
– Ты права, с моей стороны это была ложь, но ложь во благо моей семьи и детей. Как видишь, я с тобой откровенна, Мира! Именно поэтому мы заключим соглашение…
– Причем в письменном виде, – кивнула я. – Вы поставите свою подпись, и дядя тоже это сделает. И мне все равно, в каком состоянии он подпишет договор.
– Согласна. Ты же, в свою очередь, дашь письменное обещание, что ни в кем случае не покажешься на глаза герцогу Кавингтону. Заодно разберись со своей сестрой и тетей.
Твои слуги тоже должны хранить молчание.
– Договорились! – кивнула я, внезапно почувствовав болезненный укол в область сердца.
То, что сидело у меня в груди… Возможно, это был внутренний голос или же интуиция – но что бы ни жило внутри меня, оно пыталось меня образумить. Уговорить не соглашаться, не подписывать этот дурацкий договор!..
Но как и у Азалии Уилсон, у меня тоже была семья. Довольно большая – младшая сестра, престарелая тетя и Уна с Патриком и Донахью.
Гром, в конце-то концов, со старичком Мерлином!
Мне нужно о них позаботиться и всех прокормить – потому что зимы в Ровердорме суровые и следующая уже не за горами. Если для этого надо будет всего лишь не показываться на глаза герцогу Кавингтону, залетной птице в наших краях, ну что же, я уж как-нибудь это переживу.
Нас с ним ничего не связывало и связывать не могло.
Был лишь мой внезапный интерес, странное притяжение и возникшее в груди чувство, что я совершаю ошибку.
– Итак, ты не должна появляться в тех местах, где может присутствовать герцог Кавингтон, – тем временем вещала тетя, – чтобы вы ни в коем случае не встретились. Если он примет приглашение в «Поющую Иву», тебе придется оставаться в своей комнате и не выходить наружу. Твоя глухонемая сестра…
– Лиззи не говорит после болезни, тетя! Она вовсе не глухая и не немая, и ее можно вылечить.
– Меня мало волнует то, чем больна твоя сестра, – оборвала меня Азалия Уилсон.
