– Что за цирк?
Мазур уже стоял без ласт, без тяжелых баллонов, без пояса с грузилами – зато по-прежнему с ножом у бедра. Не вертя особенно головой, он впечатал в зрительную память, где кто стоит, где лежит каждый ствол, уже знал, как работать при малейшей для себя угрозе, кого глушить раз и навсегда, кого достаточно выкинуть за борт, чтобы довершить дело в более спокойной обстановке – неподалеку еще один катер, и там хватает вооруженных...
– Ну ты даешь!
– Маленькие профессиональные фокусы, – сказал Мазур, собранный, готовый ко всему и опасный сейчас, как та старушка с косой.
– Эффектно, а?
– К черту эффекты! – рявкнул Санни. – Чего выплыл? Что, хочешь сказать...
– Потяни-ка за ту вон веревочку, – сказал Мазур, указывая на левый трос. – Подналяжешь как следует – выудишь рыбку...
Вся компания, все до единого, толкаясь и мешая друг другу, кинулись к тросу. Только рулевой остался на месте, но и он вытянул шею, что твой жираф. Все они были сейчас совершенно беззащитны.
Мазур не расслаблялся.
Они тянули трос ожесточенно, сталкиваясь плечами, тихонько матеря друг друга – никто не хотел остаться в стороне, всем подсознательно хотелось оказаться причастными... Несмотря на серьезность момента, Мазур скупо улыбнулся – это было по-настоящему забавно...
Сумка показалась на поверхности, под ликующие вопли ее перевалили через борт, и она шлепнулась на тиковый настил. Вокруг расплылась лужа – и прямо в ней нетерпеливо топтались господа гангстеры, опять-таки совершенно беззащитные, начисто забывшие о Мазуре.
Выхватив большой складной нож, Санни полоснул по верху сумки – оказавшейся при дневном свете оливково-зеленого цвета, точно, армейского – рядом с молнией, запустил туда руку, вытащил большой, пухлый пакет из мутного целлофана. Помял его в руках, баюкая, как ребенка. Заглянул внутрь сумки – уже, скорее, для порядка, испустил нечленораздельный ликующий вопль, такой, что его, несомненно, услышали на втором катере – сгрудившись у борта, смотрели в их сторону.
..
Несколько секунд оба верзилы, Санни и Фил, с неописуемо радостными рожами, тыкали друг друга кулаками в брюхо, потом, не в силах сдержать эмоций, пустились в пляс вокруг сумки. Продолжалось это довольно долго. В конце концов Санни с блаженной мордой плюхнулся прямо на мокрый настил, запустил руку в ящик, извлек бутылку и совершенно по-русски засадил из горлышка немалую дозу.
