Аугусто что-то крикнул своим, резким командным голосом, и вся троица, без малейшего возражения или замешательства, гуськом потянулась вслед за ним в ворота мимо посторонившегося Мазура – разве что один за другим одаряли его злыми многозначительными взглядами. Стоя в воротах, Мазур видел, как они спустились с холма, как вспыхнули фары стоявшего у подножия микроавтобуса, и он уехал, по пути высветив фарами потухшие окна домика, где квартировала команда Мазура.
И облегченно вздохнул – обошлось без драки, превратившей бы вечеринку в полное и законченное подобие советской танцплощадки.
Любопытная информация к размышлению, господа. Ребятки неглупые, хваткие, опасные... но категорически не хотят связываться с местной полицией. Кто такие, интересно?"
"Направляясь обратно к дому, Мазур подумал, чуточку подсмеиваясь над собой: ну, вот и завершилась мелодрама, как ей и надлежит по всем законам. Совершил доброе дело, как заправский скаут, надо же. Вот наступит последний в нашем мире трибунал, и спросит Бог Господь: «А что ты вообще полезного сделал в жизни, ихтиандр этакий, кроме как резать людей на всех географических широтах?» Вот тогда можно смело взять под козырек и ответить: «Ваше высокопревосходительство, товарищ Бог! Было дело, спас однажды девушку от похотливого кобеля, вознамерившегося.
.. Прошу учесть как смягчающее обстоятельство!» Вдруг да зачтется... Но на будущее – надо, пожалуй, держаться подальше от этого домика, чтобы не влипнуть в очередные непонятности...
Ради интереса он все же заглянул в ту комнату – Ким оказалась на месте, сидела, уже приведя себя в совершеннейший порядок, в огромном старинном кресле с резной спинкой, с видом задумчивым и печальным.
Судя по всему, это была ее спальня: огромная старомодная постель размером с авианосец, из какого-то темного дерева, и ворох современного белья.
Рядом с ней на столике стояла бутылка неплохого виски, и Мазур налил себе без особенных церемоний, сел напротив, спросил с любопытством:
– Интересно, а как бы отреагировал на подобные забавы твой папа, суровый морской волк?
Она слабо усмехнулась:
– Обычно такой затрещиной угощал, что до вечера затылок болел…
– Значит, ты получила должное высокоморальное воспитание, – сказал Мазур.
– Чего ж дома не сиделось?
Она вскинула глаза, красивые и дерзкие:
– А почему тебе не сиделось в своей Австралии? У каждого должен быть свой золотой галеон... Я же не думала ничего такого, он набросился, подонок, совершенно неожиданно...
