За рулем такси сидел мужчина, который только что давал показания.
Миссис Мейнард сжала губы с видом полностью уверенного в своей правоте человека и гневно взглянула на Мейсона, будто хотела сказать: «Вот, получите. Меня вы с толку не собьете».
— Вы разговаривали с обвиняемой? — спросил Бергер.
— Да, сэр, разговаривала.
— Долго?
— Да, сэр.
— Пожалуйста, объясните Суду, миссис Мейнард, как так получилось, что вы долго с ней разговаривали.
— Дело в том, что я по натуре довольно любопытна. Может, это не очень хорошо, но я — общительный человек.
А когда я путешествую, мне всегда хочется узнать что-нибудь новое, расширить свой кругозор. Но никаких новых впечатлений не получишь, если просто сидеть и ни с кем не общаться и…
— Мы это понимаем, — перебил ее окружной прокурор. — Но, пожалуйста, давайте ближе к делу, миссис Мейнард. Пожалуйста, расскажите нам, как так получилось…
— Я именно это вам и рассказываю. И, пожалуйста, не перебивайте меня, — огрызнулась миссис Мейнард.
В зале суда раздались смешки, а судья широко улыбнулся.
"
"— Продолжайте, — смущенно сказал Гамильтон Бергер. — Но попытайтесь все объяснять покороче.
— Мы сэкономим гораздо больше времени, если вы не будете меня перебивать, — отрезала она. — Так, на чем я остановилась? Ах, да. Когда я увидела, как эта женщина выходит из такси под густой вуалью, мне стало любопытно, и я решила за ней понаблюдать. Она отправилась в дамскую комнату, а оттуда вышла уже без вуали. Тут как раз прозвучало объявление — пассажиров приглашали занять места в автобусе, и я увидела, что эта женщина тоже садится в автобус.
Мне удалось занять место в очереди сразу за ней, и тогда я впервые с ней заговорила. Потом какие-то пассажиры сошли во Фресно, а когда мы все снова садились в автобус во Фресно, мне удалось занять место рядом с ней. И тогда мы и начали с ней разговаривать. Признаюсь, мне хотелось о ней побольше разузнать. Мне было любопытно, почему она надевала густую вуаль.
— Вы спрашивали ее об этом? — уточнил Гамильтон Бергер.
— Ей представился подходящий случай. То есть я стала задавать ей наводящие вопросы, а она мне заявила, глядя прямо в глаза, что едет в этом автобусе от самого Лос-Анджелеса. Тут я подумала: «Ах, ты маленькая врунья. Ты…»
— Неважно, что вы подумали, — перебил Бергер, в голосе которого слышались торжество и удовлетворение. — Рассказывайте только то, что она вам говорила.
— Я это и делаю. Я спросила ее что-то про то, куда она едет.
