– Как бы наша жизнь изменилась, если бы он нас двоих забрал? – размышляет Юра.
– Это были бы гонки не за жизнь, а за смерть. Ему нужен был всегда победитель. Он бы стравливал нас как мог, чтобы одного тренировать на другом. А потом сильного продвинуть, а слабого убрать. Я всегда был слабее тебя, поэтому… поэтому даже хорошо, что он взял одного.
– Как ты жил с ним?
– Ты же видишь, как у меня все… не как у людей. Половина глупостей я сделал ему назло.
– Я даже не представляю, как вел бы себя на твоем месте.
– Если бы принял его правила, то все было бы хорошо.
Но есть один минус, ты стал бы как он.
– Я иногда завидовал тебе. Тому, что у тебя все есть. Ты никогда не нуждался в деньгах. Лучшая форма, обувь, телефоны. Теперь понимаю, чем за это надо было платить, – я киваю в ответ, он все понимает. – Ром, прости маму, – смотрит в глаза, – она переживает очень, и знает, что ничего не может исправить уже.
– Она не виновата. Я просто не знаю, как с ней общаться. О чем говорить.
– Просто общаться, как раньше.
Можешь называть по имени отчеству. Можешь… как хочешь. Нет никаких правил. Она в себе это столько лет носила, ты только сделай шаг навстречу, она … в общем, ты увидишь, – я молчу. – Ром, одно дело Варя и Маша, я, но у тебя должна быть опора спиной. Твой отец уже тебе не опора, скорее, груз. А я хочу, чтобы мы все вместе собирались, отдыхали. Ты же мой брат. И у нас есть мать. Она не отказывалась от нас. Она сохранила нам жизнь, выносила, просто подталкивала друг к другу.
Юрка и так всегда как брат был.
Принять это - мне даже не надо напрягаться. С матерью сложнее. Ее никогда не было. А та, что была вместо нее – умерла и долгое время я считал, что из-за меня.
– Она будет ждать столько, сколько тебе понадобится, но жизнь бывает коротка, а потом жалеешь о том, что не сделал.
– Ты еще психологом на полставки работаешь? – подкалываю его, чтобы сменить тему.
– Да. На пенсии книгу напишу, путь от прокурора до психотерапевта. Реально, с каждым надо поговорить, все объяснить, мозги на место поставить.
– Тобой бы он гордился.
Юра вздыхает.
– Ну… мне и без его гордости хорошо.
– Смотри, – протягивает мне фотографию. – Знаешь ее?
– Неа.
Старая фотография, края уже пожелтели, хотя и сложена аккуратно в белый конверт."
"– Хочешь по базам прогоню, посмотрю кто? Хранит в сейфе, значит, это важно.
– Давай.
Юра сразу фотографирует и кому-то отсылает.
– Смотри, документы из какой-то психиатрической клиники. Чеки за оплату.
– Черкасова Анна.
