– Брату повезло, что у него машины не было.
– У отца была…
– Не продолжай, – попросила я.
Он снова погрузился в изучение телефона.
– Имена еще такие, нарочно не придумаешь… Назовут же!
– Наташей? Сложно представить более распространенное имя.
– Да нет, вон она в день гибели переписывалась с какой-то «новостью».
– Что? – не поняла я.
– Сейчас, – жевал губы Антон, не поднимая взгляда от экрана. – А, вот. Веста.
Я вытаращила глаза и одним движением подскочила к Антону. Встала за его спиной и выхватила телефон.
– Эй, – возмутился он.
– Почему ты молчал?
– О чем? – не понял Антон.
– О Весте. Это же имя моей потерпевшей с ноутбуком. Точнее, без. Хотя уже, вероятно, с…
На связь со мной она так и не вышла, поэтому в наличии у нее гаджета я на всякий случай сомневалась.
– Ты не называла ее имени, – обиделся Антон. – Но, пожалуй, Вест в нашем городе не так чтобы много.
Он бубнил себе под нос что-то еще, но я не слушала, внимательно изучая переписку. Судя по всему, покойная озаботилась тем, чтобы удалить большинство сообщений.
Однако того, что осталось, было достаточно, чтобы сделать вывод: общались девушки не стесняясь в выражениях. Нецензурная брань на экране преобладала над литературным языком, причем преимущество было настолько велико, что последний, кажется, и вовсе решил без надобности не высовываться. Месяц назад они обсуждали, в каких заведениях проводит время состоятельная молодежь, пару недель назад – договаривались о встрече. Переписка в промежутках была стерта, а вот в день гибели она сохранилась.
Начинался диалог с того, что Наташа писала Весте, как плохо обстоят ее дела. Использовала она для этого одно емкое слово. На что получила короткий ответ и грустный смайлик в придачу:
«Знаю».
«Делать что будешь?»
«Отец вернется, попрошу у него денег для тебя».
«Когда?»
«Он на рыбалке, без связи».
«Торопись, – писала в ответ Наташа, сдобрив просьбу тремя матерными словами. – Иначе…» – тут девушка вновь употребила слово, с которого начала переписку, тем самым символично ее закольцевав.
Кроме сообщений, за неделю, предшествующую убийству Наташи, в телефоне значились несколько звонков между девушками. Причем чаще звонила убитая. Более того, в большинстве случаев Веста на звонки не отвечала.
– Занятно, – протянула я, возвращая телефон Антону. – Что еще интересного нашел, кроме редких имен?
– Многое стерто, надо будет ребятам отдать, пусть восстанавливают. Одно понятно, девушка осторожничала.
