Блюда будут подобраны с учетом изысканных вкусов нашего дорогого гостя.
– Ну, не знаю. Я могу рассчитывать на тебя в качестве десерта?
– Тушнов, если ты прекратишь болтать и откроешь мне чертову дверь, то можешь рассчитывать даже на аперитив!
Дима тут же вскочил. Такой расклад ему нравился намного больше! Он широко распахнул дверь и уставился прямо в смеющиеся глаза Кати.
– Ты преступно хорошо выглядишь как для человека, спавшего всего пару часов.
– Это все мой крем с улитками, – отмахнулась Катя, вручая ему шикарный букет цветов.
– Вот! Разрешите вас поздравить от лица фирмы.
– А от своего лица ты меня поздравлять собираешься? – улыбнулся Тушнов, несколько удивленный тем, что Катя так и продолжала мяться на пороге.
– Еще как собираюсь. Секундочку! – она тайком осмотрелась по сторонам и, убедившись, что никто не покушается на их приватность (еще бы, кому бы это понадобилось в пять утра?), распахнула льняной халатик. Дима прошелся взглядом по отрывшимся его взору прелестям. Облизал пересохшие губы.
– Стало быть, это мой подарок?
– Угу! Может, ты его… эм… распакуешь за закрытой дверью? У нас до выезда пятнадцать минут.
– Не много же ты мне выделила времени, Катерина, – буркнул Тушнов, затаскивая Катю в дом. Злосчастный букет упал к ногам. Халатик следом. Он подхватил ее под попку и даже не потрудился отнести в кровать. Ведь ясно же сказано – времени у них осталось всего ничего. Он заставил ее опереться ладонями о барную стойку и осторожно пристроился сзади. Времени на прелюдию тоже не было.
Но в ней и не было необходимости. Катя была мягкой, влажной и ужасно податливой. Он с ума по ней сходил. С ума… сходил. Она кончила первая. Задрожала. Вскрикнула, ритмично сжимая его, что есть сил.
– Непонятно, кому был подарок, – усмехнулся Дима, когда все закончилось. Это было так круто, что он никак не мог заставить себя подняться. Так и лежал, навалившись на Катю всем телом.
– Тебе не понравилось? – поинтересовалась она, совершенно бесстыже ерзая.
– Даже если бы ты в процессе пела «Пусть бегут неуклюже», мне бы это не могло понравиться больше, – он, наконец, от нее отлепился, звонко шлепнул Катю по попке, отгоняя от себя мысли о том, что вечность с ней наверняка была бы занятней, как-то быстро опостылевших ему «здесь и сейчас».
Глава 12"
"Это был действительно ужасно волнующий опыт. Близость с взрослой состоявшейся женщиной. Очень красивой. Очень женственной. Цельной. Знающей себе цену. Умной, образованной… Безупречной.
