— Да ср*ть я на него хотела! — раздалось резкое в ответ. Зажмурившись, я расплылась в довольной улыбке и, сказав короткое «спасибо» повесила трубку.
Да уж… Вот от кого бы Леля отбила руку, отвешивая традиционные подзатыльники, так это об красивый затылок нашей главной старосты. Ленок никогда не скупилась на выражения и ей, как я уже говорила, ничего за это не было. Припечатать так, что будь здоров, она могла каждого, как и с полпинка поставить на место любого зарвавшегося старшекурсника, а то и кого постарше, посильнее и пострашнее.
Пожалуй, именно она, как никто другой, стала бы Исаеву не по зубам, и на моем месте каждый с радостью согласился бы на ее предложение о помощи. Зная Лену, она легко бы переключила внимание нехристи, а заодно и других студентов на себя. А я бы спокойно жила и училась в свое удовольствие. Но…"
"Я не настолько окостенела, чтобы пользоваться такими приемчиками. Сделай я это, чем буду отличаться от того же Полонского и ему подобных? Я не люблю пользоваться людьми, но еще больше я не люблю тех, кто делает сие без малейшего зазрения совести.
И пускай Полонский тоже вроде как меня использовал, к нему ненависти я не испытывала — свою выгоду из данной ситуации я получила так или иначе. Находясь в кругах общения, подобным студентам нашего универа, я поневоле почерпнула несколько полезных уроков, добавив их к тем, о которые успела набить шишки намного раньше. И одним из таких стала заповедь, никогда ни на кого не надеяться, но всегда принимать возможную выгоду.
Не стать немного другой, общаясь с сильнейшими мира сего, было невозможно. Однако терять свою человечность я все равно не собиралась — страви я Исаева и Краснову, я крупно подставлю последнюю. А в том, что у наследника GRT-rpynn хватит денег, связей и власти, чтобы стереть компанию Ленкиного отца с лица земли, я ну ни капли не сомневалась. Такие как нехристь почему-то не умели не переносить свои личные обиды с человека на его род занятий.
Вряд ли я стоила того, чтобы семейный бизнес Красновых рухнул из-за прихоти старшей дочери.
Ленок была неплохим человеком и. кажется, действительно за меня волновалась. Вот только жизнь среди пираний уже научила меня не доверять никому.
Почти никому.
— Ань, — окликнула меня Аленка, видя, что я ненадолго ушла в себя, уже которую минуту бездумно созерцая унылый пейзаж за окном, — Один вопрос можно?
— М? — отозвалась, повернув голову и вскидывая брови.
