Что теперь будешь делать, оторва моя ненаглядная?
— Я как раз думаю над этим, — я встала напротив него, как и он, в пол оборота к залу, замершему в предвкушении последней пакости в исполнении меня любимой. Я еще раз взглянула на Исаева… и поняла, что удивиться-то он удивился моей выходке, да только яростью, подобно факелу, вовсе не пылал. Совсем наоборот, в темносиних глазах парня тлел заметный огонек удовольствия! Так-так, нечестивец…
От нашей борьбы уже наслаждение получать начинаем? Еще один извращенец на мою голову!
— Я не дам тебе выиграть, — многозначительно выгнул бровь шатен, улыбаясь уж слишком так невыносимо и обаятельно одновременно.
— Ни за что.
— Может поспорим? — пакостливо улыбнулась я и, поддавшись порыву, схватила Исаева за галстук, дернула, заставляя парня наклониться к себе и… поцеловала.
Кто б сказал, на кой хрен вообще я это сделала, а то я сама не поняла!!
Время словно остановилось. Оно тянулось невыносимо долго, будто жвачка, растягивая сей волнительный во всех смыслах момент на долгие минуты.
А когда Исаев вдруг ответил, казавшаяся поначалу слишком громкой музыка как-то незаметно отошла на второй план, забрав с собой сторонний шум, выкрики толпы, свист и улюлюканье.
И тут неожиданно я осознала две вещи.
Первое: тайным маньяком на мойке был не Демьян. Шатен в этом плане, конечно, тоже неплох, и опыт есть, и желание чувствуется, и коленки подкашиваются чуток… Но все равно не то.
И второе: не смотря на первое, мне все-таки понравилось целоваться с Исаевым.
Кто-нибудь, заберите меня в психушку, а?
Ну, пожалуйста!
— Да-да-да! — послышался радостный крик, возвративший нас с нехристью на любимую грешную землю. Исаев выглядел обалдевшим, хоть и довольным и, подозреваю, на моей моське шок сейчас был не меньшим! А Илюшка тем временем разорялся в микрофон. — Я просто в экстазе! Это ж надо так! После того, что было, да теперь вот так… Народ, это полная и безоговорочная побе-е-еда-а-а… И ведь не возразишь! Анна Сергеевна, вы хоть прикройтесь, а то не только бедный парень, мы тут уже все на все готовые!
Я фыркнула, отпуская сине-красный полосатый галстук Исаева и, стараясь сделать морду тяпкой, накинула протянутую мне жилетку.
Барахлишко свое из рук откровенно балдеющего от ситуации Ильи забрала, но пристраивать на место пока не стала, смутно подозревая, что сейчас столько всего от радостно ржущих коллег понаслушаюсь…
Желание затянуть на шее ведущего провод с наушником стало отчетливым и невыносимым.
