Но руку так и не разжал.
Напротив, это разъярило его еще сильнее. Он приподнялся и ударил меня по лицу. снова. Да так сильно, что перед глазами у меня полыхнул радужный калейдоскоп.
В голове зазвенело. Я потеряла себя в пространстве. Но когда страх и желание бороться нахлынули с новой силой, замерла.
Вдалеке послышался лай собак.
Зак тем временем продолжал свои попытки разделаться с ремнем на штанах. Он явно не слышал того же, что и я.
Надеюсь, это была не галлюцинация?!"
"Я не стала упрощать ему жизнь и снова заработала ногами.
Пихая его, пиная, пытаясь угодить башмаками по его голени, я билась, билась, билась!
А заодно кричала, рычала. Так чтобы и меня услышали издалека, и чтобы этот ублюдок как можно дольше не слышал, того что успела заметить я.
В какой-то момент мне удалось вытянуть одну руку из его хватки. Ту самую, которая была порезано стеклом. Видимо от крови она стала совсем скользкой. Пользуясь излюбленным мужским приемом, тоже вцепилась волосы этого урода.
Его лицо исказилось, он оскалился, зарычал почти по звериному.
– Анна! – совсем рядом, наверное наверху оврага, раздался мужской окрик . Я не разобрала, кто именно это был, но точно кто-то из поместья.
Но не успела закричать, как рука Зака закрыла мой рот.
Ну уж нет!
Я со всей силы впилась в его ладонь зубами. Пришел черед Зака вопить от боли. У нас снова завязалась борьба, он выпустил вторую мою руку, но лишь для того, чтобы зажать теперь мое горло.
Я захрипела, когда он сдавил.
Теперь мне казалось, что конец стал еще ближе.
Я видела лишь сияющие безумием глаза этого маньяка на фоне звездного ночного неба. А может быть, это были звезды уже у меня в глазах, я не понимала. В тот момент, когда давление в ушах стало нестерпимым, а из моей груди и исходили уже какие-то булькающие звуки, Зака буквально сорвало с меня.
Меня же само мотнуло в сторону.
Я оказалась лежащей на боку, но долго нежиться не стала.
Хрипло дыша и кашляя, через силу заставила легкие работать. Собрала все силы, что остались, и поползла прочь.
Я пыталась подняться, но не могла. То и дело падала обратно. Ноги отказывались слушаться.
В тот момент я плохо понимала, куда делся Зак. Каким таким волшебным образом его тело вдруг исчезло из поля моего зрения.
Все, что я знала, все, что понимала – нужно бежать.
Как можно быстрее и дальше, не оглядываться, не раздумывать.
Дальше, как можно дальше.
Меня било судорогой, а плачь, кажется, почти превратился в тихое подвывание.
