Пока она умывалась, Светлана вернулась в комнату и, выдвинув из обшарпанного комода ящик, принялась рыться в кипе документов. Наконец среди прочего она выудила пластиковую карточку – паспорт Ксении.
«Вообще-то, он не обязателен, – подумала Светлана. – Но мало ли что…»
Светлана на мгновение задержала взгляд на фотографии сестры, поблескивающей сквозь глянцевую пленку. Ксения неуверенно улыбалась, глядя в объектив фотокамеры, и Светлана фыркнула.
– Дурой родилась, дурой осталась, – обронила она, засовывая карточку в карман.
– Дурой жизнь закончишь.
Оставалась еще одна проблема.
Такси. Не на автобусе же добираться в Семиозерье!
Но на такси нужны деньги, а с этим было сложнее. Если бы Светлана точно была уверена, что мероприятие не сорвется и сегодня ночью им потребуется ехать за город, она бы не послала эту тупицу за хлебом и лапшой. Конечно, за две штуки, что были почти полностью истрачены в магазине ее недоразвитой сестрой, добраться до Семиозерья, где располагался «Эдем», было нереально.
Но сейчас не было и этого, она фактически на нуле.
Она вытряхнула кошелек. Четыреста рублей, и все.
Полное дерьмо. Одна поездка на метро.
«Сраная инфляция…»
Светлана принялась выдвигать ящик за ящиком, судорожно переворачивая вещи. В самом нижнем обнаружилась тусклая монетка достоинством в десять рублей. Светлана невесело улыбнулась. Она уже и не помнила, когда в последний раз видела монеты при расчетах…
Она обхватила виски, ощущая, как ее медленно обволакивает липкая паника.
Какая глупость, не попасть в «Эдем» по причине того, что у нее нет денег на такси!
Неожиданно ее осенило, и Светлана стремглав бросилась в комнату к отцу. Там в тумбочке он хранил свои документы, включая медицинские рецепты с лекарствами. При этом до аварии отец всегда любил держать «НЗ», не посвящая в это остальных членов семей. Вдруг ей повезет и в его заначках что-нибудь да осталось?
Ей повезло.
Деньги нашлись в самом углу тумбочки, рядом с удостоверением инвалида. Ровно десять штук по пятерке, новенькие купюры были свернуты в плотную трубочку и перетянуты канцелярской резинкой.
– Ксения? – хрипло позвал проснувшийся отец.
– Нет, не Ксения, – хищно улыбнулась Светлана, задвигая ящик обратно. – Спи дальше. Небось во сне на своей развалюхе гоняешь и бибикаешь вовсю, да?
Алексей Сергеевич заерзал в свежезастеленной постели."
"– Зачем ты приходила? – скрипучим голосом поинтересовался он, но девушка уже выключила свет и захлопнула дверь.
